Книга Развод с генералом драконов. (Не)любимая жена, страница 103 – Екатерина Гераскина

Храм, в котором венчали полукровок, как сказала Виола, словно сам откликался на происходящее. Камень под ногами теплел, в воздухе ощущалась древняя сила, и казалось, что само пространство принимает эти союзы, признаёт их, благословляет.

Керран и Риэль прошли этот обряд тоже несмотря на то, что были женаты, и получили такое благословение. И было в этом всем нечто сакральное, высокое и одухотворённое.

Следующими были Каллиста и Кайден. Рейган хоть и смотрел, не моргая, на Грейс, которая совершенно не обращала на него внимание, все же не пошел.

А я так остро ощутил тоску и неизбежность конца, что заныло всё внутри. Дракон внутри рвался, выл. И как бы мне ни хотелось стереть всё из памяти, стереть всё из своей жизни, магией времени я не обладал.

Но я остро понял в этот самый момент, что мы тоже могли бы обвенчаться здесь.

Мы встретились взглядами с Аннабель.

Только между нами была… пропасть.

Я смотрел на обряд и чувствовал, как внутри медленно, болезненно поднимается сожаление. Глухое, тяжёлое, без права что-то изменить.

Я вдруг отчётливо понял, что отказался бы от любой свободы, какой бы она ни была — ложной, навязанной, неудобной, — только бы вернуть то, что сам разрушил.

Только бы снова оказаться рядом с ней, не разрывая связь, не отпуская, не делая тот шаг, который тогда казался правильным.

Свобода выбора оказалась для меня фатальной. Я так хотел её, так цеплялся за неё, считал, что имею право жить без обязательств, без навязанной супруги, без той тихой женщины рядом, которая ничего не требовала и просто была. И только когда всё потерял, понял, что именно рядом с ней я был по-настоящему свободен — от кошмаров, от ярости, от вечного напряжения, которое сопровождало меня на войне.

Я перевёл взгляд на Бель. Она стояла чуть в стороне, спокойная, собранная, но я слишком хорошо знал её, чтобы не заметить, как она тоже смотрит на пары, как её пальцы едва заметно сжались, как она задержала дыхание, когда боги приняли клятвы.

В этот момент между нами словно исчезло всё лишнее. Мы просто смотрели друг на друга, молча, и я вдруг почувствовал странное, болезненно тёплое единение, будто мы оба понимали одно и то же.

Будто видели не чужие пары, а себя — тех, кем могли бы быть.

Пары объединяли боги, воздух вокруг сгущался, вспыхивали узоры. И в этом было что-то торжественное, окончательное, неоспоримое. Связь закреплялась, становилась вечной, нерушимой.

И я вдруг с холодной ясностью понял, что мы с Аннабель никогда не пройдём этот обряд.

Никогда не встанем рядом.

Никогда не обменяемся клятвами.

Никогда не почувствуем, как боги принимают нашу пару.

Эта мысль ударила как клинок. В груди стало пусто и тяжело одновременно, словно что-то окончательно оборвалось. Я смотрел на неё и понимал, что сам отказался от этого, сам оттолкнул, сам выбрал свободу, которая в итоге оставила меня ни с чем.

И теперь, стоя здесь, среди руин древнего храма и счастливых пар, я в который раз осознал цену своей свободы.

Она была непомерно для меня дорогой и дело вовсе не в золоте.

Несмотря на торжественность и исключительность момента, пришлось отвлечь императора.

Я быстро, чётко изложил всё, что увидел, рассказал о тех тоннелях, которые были найдены на территории демонов, подробно описал тварей, которых мы видели, — змей с вытянутыми телами и драконьими мордами.