Книга Еще раз уйти, чтобы вернуться, страница 134 – Ольга Соврикова

Он вышел. Да, сначала я не собирался ждать встречи с той, что мне интересна так долго. Но теперь… теперь я понимал, король хочет познакомиться, понаблюдать. Он заинтересовался. Могу ли я поступить так, как хочется мне? Могу, но не хочу. Он, этот мальчишка, стал дорог мне. Мне не хочется его обижать. И вообще… это будет весело!

Баронесса Таира Вранская

День за днем проходили словно мимо меня. Я ждала реакции темных магов на свое «гостеприимство». Ее просто не могло не быть. И к концу лета я дождалась. Вот только на пороге моего дома появились не стражники короля, появления которых я подспудно ожидала, а пропыленный гонец на взмыленной лошади с королевской грамотой в руках. Как только у меня сердце из груди не выскочило при виде ее?! Мое сердце, все еще привыкающее к сильным эмоциям, точно было не готово к произошедшему, а привыкший руководствоваться разумом мозг, с испугу, не иначе, включил функцию перезагрузки. А если попроще – в обморок я упала.

Да у меня в голове в тот момент возникли тысячи вариантов этого послания, от самых страшных до самых безумных. И поскольку даром предвидения я не обладала – переволновалась. В себя пришла на диванчике в гостиной с грамоткой в руке, с мокрой тряпкой на голове и верной Агашкой в роли сиделки. И все вроде бы было понятно, кроме одного… Когда я успела грамоту эту «прихватизировать», и куда гонец делся?

Все оказалось ну очень просто. Указ королевский я своими загребущими ручками сама схватила, а гонец в дом заходить отказался. Уехал, не поздоровавшись и не попрощавшись. Дом ему, видимо, мой чем-то не понравился. Вот только мне от этого не легче. Привезенный-то указ читать все равно пришлось. Ну и прочитала, а там…

Да я всего чего угодно ожидала: приказа об аресте, снятия с меня регентства, повеления выйти замуж, увеличения суммы налогов, но только не приглашения на бал в королевский дворец.

Меня? На бал?! Да еще и в сопровождении барона Вранского! Вот, кто мне скажет, кто из нас кого сопровождать должен? А? Зачем в конце осени тащить в город маленького ребенка? И ведь приписка какая в конце, мелкими буквами, о том, что причиной для неявки может быть только моя смерть!

Мать… мать… мать… Никогда я еще так не злилась! Вот, казалось бы, все уже эмоции испытала, но такого, чтобы меня корежило и ломало, чтобы сила хлестала, словно гейзер, – не было еще. Но разве я не права? Ведь я точно знаю, что делать мне там нечего. Нельзя мне в обществе появляться. Не хочу я, чтобы обо мне вспомнили. А еще, как любой женщине, мне хочется заорать от негодования: «Мне одеть нечего!». Да, мой рациональный мозг уже все просчитал и постановил – обноски с чужого плеча подойдут. Кто позарится на клушу в перешитых платьях? Их же даже для полного эффекта перешивать сильно не придется.

Но я же женщина! Молодая женщина. У меня теперь кроме мозга чувства есть, а потому хочется нравиться, хочется утереть носы всем столичным выскочкам, хочется быть красивой. Да, я уже четверть жизни прожила, а у меня ни одного любовного приключения, настоящего, с чувствами, не было.

Хочу. Хочу. Хочу!

А раз хочу, значит будет у меня всё. Платья новые пошью. Волосы отрастут, прически придумаю, мастера посажу украшения из керамики делать, распишу сама. Веера для каждого платья сделаю. Буду блистать. Вот только про темных, ожидающих меня в гости, забывать не стоит. Придется над зельями поработать, да заговоры новые на все случаи жизни придумать и заучить.