Книга Неприкаянная, страница 147 – Ольга Соврикова

И все-таки, как бы мне хотелось посмотреть на выражение лица Серого герцога, когда он понял, что за документы ему доставили!

Натаниэль метался по кабинету, стискивая кулаки. Магия бушевала, угрожая разрушением и болью всему, что ее окружает. В бешенство господина герцога приводила сложившаяся тягостная ситуация и невозможность ее устранения одним ударом. Нет, теперь он не злился на мага, устроившего ему незабываемое зрелище при встрече с его фамильяром. Его люди сумели при помощи артефактов проследить путь змеи, который начался от особняка казначея, дошел до его кабинета, а потом закончился у ворот ближайшего особняка. Вот только откуда взялась эта змея и куда потом исчезла, так и не поняли. Не нашли они, впрочем, и хозяина этой удивительной зверушки. Злило другое, то есть другие…

Второй день люди герцога работали как проклятые. Незаметно и очень осторожно изымая участников заговора, проводя допросы, магическое дознание, определяя степень вины, выявляя неблагонадежных. Короля, принца, да и самого герцога изображали на приемах и балах в эти дни специально обученные двойники. Беда, вплотную подошедшая к королевской семье, сплотила их, как ничто другое, и работали они сейчас, тесно взаимодействуя друг с другом. Ведь какими бы полномочиями ни обладал Натаниэль, окончательное определение судьбы высокородных подданных должен был вынести король.

Дополнительные сложности для решения этого дела создавали не прибывающие в столицу гости из соседних королевств и не огромное количество простых людей, наводнивших город. Дело было в том, что на вершине заговора, его главой, вдохновителем и главным финансистом был верховный жрец королевства. Он мог одним своим призывом, брошенным в толпу на площади, спровоцировать массовые волнения и резню. В его подчинении находились специально обученные люди. Ему верили обыватели. Радовало, что только казначей знал, кто является организатором и главой подготовленного переворота, и его нельзя было вспугнуть. Сиятельный должен быть по-прежнему уверен в своих силах, а им предстояло еще узнать самое главное — стоит ли за этим святошей весь орден или только отдельные лица, входящие в его верховное руководство. А потому меры, на которые им пришлось пойти, будь они известны в королевстве раньше времени, могли бы привести на плаху даже короля.

Каторга и конфискация имущества у всего рода, вплоть до седьмого колена, ожидали многих виновных, а пока… Пока они получали магическую печать, превращавшую их в марионеток, в рабов. Вот только ставилась она не на лоб, а сзади, на линии роста волос, и привязывались они к Натаниэлю. В случае неудачного противостояния заговорщикам основная тяжесть обвинения в нарушениях закона ляжет именно на него.

Время шло; люди, признанные виновными, возвращались к своей обычной жизни, выполняя приказ вести себя как обычно и только во время покушения на короля и его наследника стать для них живым щитом. День совершеннолетия принца стремительно приближался. Герцог был просто уверен в том, что никакое другое дело не сможет теперь привлечь его внимание. Он просчитался. Его любовнице, которую он не посещал уже дней двадцать, это удалось. Всегда выдержанная, показательно спокойная леди Ниэла скандалила в его приемной с такой настойчивостью и самоотдачей, что Эверли пришлось отложить в сторону дела и пригласить ее в свой кабинет.