Книга Одно темное окно, страница 169 – Рейчел Гиллиг

«Где ты, Элспет?»

«Они повесят тебя, Ю, – сказал Кошмар. – Ты не сможешь ее спасти».

«Ты еще можешь найти Две Ольхи, Рэйвин, – крикнула я в темноту. – Ты еще можешь спасти Эмори. – Я закусила губу, мой голос дрожал. – Но не когда Хаут и Орис охотятся за тобой».

— Святые деревья, – вздохнул Хаут и, схватив меня за подбородок, дернул. – Спиндл! Очнись!

«Элспет, – проворковал Кошмар, мое имя ощущалось медом на его языке. – Вставай».

В темноте я потянулась к нему, и когда мой разум коснулся грубого меха на спине Кошмара, он даже не вздрогнул.

«Я не могу, – произнесла я. – Не могу встать. Не в этот раз. – Я чувствовала, как мое тело отяжелело, будто его похоронили. – Но ты можешь».

«Элспет».

«Все равно это произошло бы, Кошмар. Ты сильный. А я… Я так устала. Моя голова…»

Его голос прозвучал не громче шепота:

«Позволь помочь тебе».

Я погружалась все дальше в темноту. В голове проносились новые видения – места и люди, которых я не узнавала, незнакомцы с желтыми глазами. Они улыбались мне, и мир вокруг колыхался, как во время прилива.

Но видение исчезло так же быстро, как и появилось. Я увидела, как сквозь туман бежал мужчина, за ним дети с побледневшими от ужаса лицами. Они бежали от горящего замка на вершине холма, исчезая в комнате под высокими тисами.

На краю тумана стоял сероглазый мальчик, перед которым сиял красный свет Косы, и громадный человек, на плаще которого виднелись знаки отличия рода Роуэнов.

Я увидела пылающий замок, превращенный в руины. Внезапно мой разум наполнился видениями сотен детей, их вены темные, как чернила – и они кричали, когда их бросали в преисподнюю. Я наблюдала, как туман темнеет, его щупальца тянутся все глубже и глубже, отрезая Бландер от остального мира.

Столетия ярости кипели во мне; время, не отмеченное ни солнцем, ни луной. Ненависть отравляла кровь, и я потерялась в темноте, мое тело корчилось – кости трещали, когти скребли, глаза сужались, пока чудовищное тело не стало отражением ненависти в сердце.

Животное, создание тьмы – мощное, мстительное и полное ярости.

Последнее, что я увидела, прежде чем открыть глаза, была маленькая девочка, робко заглядывающая в зеркало, ее черные очи отражали страх.

«У тебя есть имя?» – прошептала она.

Я улыбнулась ей, воспоминания хлынули в уголки моего древнего разума. Странная магия, столь же прекрасное чудо, что и у детей, которых я когда-то знала.

«Однажды меня называли именем короля, – сказала я, виляя хвостом. – Но это было очень давно».

— Как же мне тебя звать?

«Никак, дитя, – ответила я, уползая обратно во тьму. – Я лишь ветер в траве. Тень и страх. Эхо в листве… Кошмар во снах».

Я проснулась от кашля, в голове зазвучал голос Рэйвина.

«Элспет! – крикнул он. – Чтоб тебя, Элспет, держись. Мы на лестнице. – Его голос дрожал. – Ты не должна бороться в одиночку».

Хаут Роуэн стоял надо мной, схватив меня за подбородок.

— А вот и ты, – сказал он. – Не умерла, в конце концов. – На его лице отразилось замешательство. Он нахмурился и наклонился ближе. – Что не так с ее глазами, Орис?

— Глазами, сир?

— Они стали желтыми. Будто у какой-то кошки.

Орис приблизился и провел металлическим когтем по моей щеке.

— Странно, – сказал он. – Всего мгновение назад они были темными.

Мы смотрели на Ориса, уголки наших губ изогнулись, словно натянутые невидимой струной. Когда Рэйвин попытался позвать нас, мы стиснули зубы, изгоняя его из сознания.