Книга Воин тумана, страница 134 – Джин Родман Вулф

Миновав расколотый надвое холм, я отбросил свою мотыгу и поспешил по сверкавшим росой лугам к лагерю на берегу Эврота, где сейчас и пишу эти строки при свете ясного солнышка. Меня встретила Ио, и я рассказал ей кое-что о ночной битве и о встрече с богиней, а она обработала мои раны и не раз сокрушенно качала головой из-за того камня, что сбил меня с ног.

Потом она повела меня проведать Кердона, которого спрятала в стоге сена, припасенного для войсковых мулов. Однако оказалось, что, пока она спала, Кердон умер и уже успел окоченеть.

На чужестранцев здесь взирают с большим подозрением. Сегодня утром мы с Дракайной пошли посмотреть знаменитый храм Артемиды Ортии. Его угодья на берегу реки, видимо, когда-то были отделены от остального города, но теперь спартанцы строят дома чуть ли не на священной земле храма.

— В империи мы всегда обносим свои города стеной, – сказала Дракайна. – Так что если ты находишься по одну сторону стены, то это город; а по другую – деревня. С пригородными деревушками только так и можно. Афины тоже были скопищем обыкновенных деревень, но теперь там при въезде в город, по крайней мере, посты выставлены.

— Великий царь разрушил стены Афин, – напомнила ей Ио. – Так и регент говорил.

— Да, персы хорошо это чувствуют, – кивнула Дракайна. – Для них стены всегда символизируют город, ну а если их разрушить – значит, и город падет. Спарту они и до того городом не считали. Ее, собственно, составляют четыре обыкновенные деревни, так что ничего удивительного.

Илоты отворачивали лица, когда мы проходили мимо них, и даже граждане соседних со Спартой городов, периэки, с нами разговаривать не желали. Сами спартиаты порой останавливали нас, расспрашивали (как мужчины, так и женщины), и многие говорили, что зря мы сюда явились^[142]. Мы скоро научились отвечать, что с радостью бы отправились в другое место, если бы на то была воля их регента, и это вполне успешно затыкало им рты.

После одной такой встречи Дракайна покачала своей хорошенькой головкой и сказала:

— Нет другой такой страны, где люди были бы менее свободны, чем здесь; с другой стороны, я не знаю такого места, где женщины пользовались бы большей свободой, чем в Спарте. Хотя амазонки – те женщины, в чьей стране вообще нет мужчин, – пожалуй, свободнее спартанок.

— Так страна амазонок действительно существует? – спросила Ио. – Басий говорил, что я могла бы стать там стратегом.

— Ну разумеется, существует! – Дракайна взяла меня под руку. – Это далеко на северо-востоке, значительно восточное моего родного Милета. И если захочешь отправиться туда, тебе придется оставить Латро здесь, со мной. Амазонки так же не любят чужестранцев, как и спартанцы, и всех мужчин без исключения считают шпионами.

— Не может быть такого народа! – возразил я. – Все эти амазонки вымерли бы уже через поколение.

— Они иногда делят ложе с молодыми мужчинами – сыновьями Сколота. Если в результате рождается девочка, ей впоследствии отсекают одну грудь, чтобы удобнее было стрелять из лука. А новорожденных мальчиков они приносят в жертву своей богине – по крайней мере, так мне рассказывали. Хотя сознаюсь, я ни разу собственными глазами не видела ни одной из этих женщин-воительниц.

Ее слова напомнили мне мой вчерашний сон; если успею, то постараюсь его впоследствии описать здесь.