Книга Эллиот, страница 230 – Мая Сара

— Я бы не назвал это нарушением, Элли.

Я заглянула в серьезные глаза Каллума. Уголки его губ приподнялись.

— Это твоя изюминка. Особенность. Дар. Твоя красота. Но никак не нарушение.

Я не сдержала ответной улыбки.

— Обычно после школы и на выходных мы выезжали за город. Там, в чистом поле, отец учил меня самозащите.

— Твой отец был мастером боевых искусств, верно? – Каллум склонил голову набок. – Он всегда был тренером? До твоего рождения?

— Не знаю. – Я пожала плечами. – Я как-то задала ему этот вопрос, но он лишь промолчал и загадочно улыбнулся.

Если так подумать, то на половину моих вопросов отец отвечал улыбкой. Я так и не узнала о его национальности, о том, откуда у него такой странный акцент и почему у нас нет никаких родственников. А мама, похоже, сговорилась с ним, потому что тоже молчала как рыба. Мои родители были полны загадок.

— Иногда казалось, что отец специально отвозил меня подальше от дома. Большую часть времени я действительно находилась где угодно, только не у себя в комнате. И так повелось даже до смерти Элио. У нас с братом был всего год разницы, но меня отправили в другой детский сад и в другую подготовительную школу. В противоположной стороне от тех, которые посещал Элио.

На меня нахлынули воспоминания. Странно, что я никогда не задумывалась об этом раньше. У нас с братом даже фамилии были разные. Акселю дали фамилию родителей, а мне почему-то – какого-то дальнего родственника, о котором я ничего не слышала.

— Да и вообще, – протянула я задумчиво, – наша семья почти никогда не проводила время вместе… на людях. Мои родители не контролировали каждый мой шаг и не запрещали пользоваться общественным транспортом. Но заводить страницу в соцсетях и выставлять семейные фотографии? Вот это было под жестким запретом.

Каллум смотрел на меня так, будто пытался понять, говорю ли я всерьез или пытаюсь подшутить над ним. Поэтому я решила сказать следующее:

— Вот и думай, – я усмехнулась, чтобы поскорее стряхнуть наваждение, – мои родители – шпионы под прикрытием или просто странные люди?

Каллум несколько секунд изучал меня взглядом. Кажется, мои слова поставили его в точно такой же тупик, в котором оказалась и я. Раньше я не сопоставляла эти странные факты своей жизни. Почему? Ведь стоило только сделать это сейчас, как воспоминания о моем детстве перестали казаться такими уж беззаботными. Они стали… действительно странными. Необъяснимыми.

— Но ты их любишь? – Каллум вновь склонил голову вбок. – Своих родителей?

— Конечно, – тут же ответила я. – Безусловно, моя мама бывает параноиком, да и отец тот еще дурак со странностями, но я правда их люблю. Они ведь мои родители. И к тому же у нас есть свои традиции и все в таком духе, как у нормальных семей.

— Какие, например?

Я задумчиво постучала пальцем по подбородку и улыбнулась:

— Вечер мексиканской кухни по четвергам и японской по воскресеньям, – загнула я первый палец. – Когда мы с отцом ходим в кино, то всегда совмещаем сладкое с соленым. Например, перемешиваем сладкий попкорн с соленым или шоколадный батончик закусываем чипсами. Главное правило – съедать сладкое и соленое одновременно. – Я загнула второй палец. – Когда начинается сезон суперкубка НФЛ, то мы не пропускаем ни одной игры. Никто из нас, даже отец, почти не понимает правил, но мы смотрим матчи до конца. А перед началом, пока я возвращаюсь из магазина вместе с лимонадом и соком, мама с отцом готовят разноцветный попкорн с растопленными конфетками M&M's. Именно с желтой пачкой, а не коричневой. Зачем есть просто шоколад, когда его можно есть с арахисом, верно? По крайней мере так всегда говорил Элио.