Книга Эллиот, страница 47 – Мая Сара

– Увидимся утром, Эллиот.

— Мой тебе совет, – предостерег Эйприл, усевшись на мою кровать, – лучше туда не суйся.

Наступило ранее утро следующего дня. Солнце только-только вернулось на безоблачное небо, озарив одинокую бескрайнюю степь за окном бархатной смесью персикового и лилового оттенков. Солнечные лучи даже не успели коснуться земли, но я уже была на ногах. А все из-за настойчивого стука одного наглого парня, который по необъяснимой причине возомнил себя моим другом.

Я проспала весь обед, весь вечер и всю прошедшую ночь. Это означало, что я, как самая настоящая идиотка, не спустилась вчера в спортзал и в буквальном смысле проигнорировала вызов Фокса Брауна.

Но, если посмотреть с другой стороны, за эти несколько дней после смерти отца я впервые выспалась и была полна энергии.

— Ты меня вообще слышишь? – Эйприл повысил голос, устраиваясь поудобнее. – Или игнорируешь, как вчера?

— Я не игнорировала тебя вчера, – проворчала я в полотенце, вытирая оставшиеся капли с лица. – Я спала.

Мои руки опустились на раковину, взгляд устремился прямо перед собой. Отражение в зеркале удручало, но после еды и качественного сна я больше не походила на живого мертвеца. Однако в зеркале на меня все еще смотрела незнакомка. Другая семнадцатилетняя Элли. Раньше в отражении я всегда видела себя, мое лицо… выглядело как мое лицо. Сейчас же я была похожа на загнанного в клетку оленя. Мне нужно было собраться. Продержаться еще два дня. А потом я вернусь домой и забуду обо всем, как о страшном сне.

— И встань с моей постели! – выкрикнула я, приоткрыв дверь.

— Я сижу на самом краю! – парировал Эйприл.

Я быстро собрала непослушные волосы в высокий хвост и вышла обратно к нему.

— Зачем ты пришел? – Руки сами собой враждебно скрестились на груди.

Эйприл ранним утром чуть не выбил мне дверь, а после самым наглым образом обосновался на моей кровати. Парень действительно сидел на самом краю. Но обнимал одну из моих подушек – самую мягкую и удобную из всех. Сегодня его густые кудри были распущены. Никакого пучка на макушке – лишь тонкий резиновый ободок, благодаря которому мягкие пряди не падали на лоб и глаза. Серые спортивные штаны скрывали стянутые шрамы на правой ноге. И наушник неизменно торчал в левом ухе. Интересно, Эйприл когда-нибудь его снимает?

Тут мое внимание привлек синяк под бровью. Только вчера там был потемневший отек. А сегодня от него практически не осталось и следа.

Как такое возможно?

Эйприл тоже оглядел меня с ног до головы:

— Ты точно спала? Выглядишь хуже, чем вчера.

Мой глаз дернулся – в присутствии этого парня нервные тики участились.

— Что с твоим синяком? – Я облокотилась о косяк двери. – Закрасил его?

Эйприл состроил гримасу:

— Леди, к вашему сведению, раны у бойцов заживают гораздо быстрее, чем у обычных людей. Уже к ужину мой глаз был столь же прекрасным, как и прежде.

Я показала ему свои сбитые костяшки. Кулак в красно-фиолетовых синяках был жутко потрескавшимся.

— Все еще уверен, что я одна из вас?

Эйприл пожал плечами. Как и вчера, у него не нашлось объяснения.

— Я вот что хотел узнать. – Он скатился с края моей кровати и выпрямился, чуть не утащив одеяло с собой. – А что это с твоими глазами?

Эйприл приблизился ко мне, все так же прижимая подушку к груди. Наши лица оказались почти на одном уровне.