Книга Путь Скорпиона, страница 8 – Павел Волчик

Второй жеребец по сравнению с гигантом выглядел маленьким. Но был более пропорциональным и изящным, поэтому также не оставил мальчика равнодушным – сизогорский рысак, каких он видел только на картинках.

Тойво беседовал на крыльце с гостем в дорожном плаще и капюшоне. Ахти и одного взгляда хватило, чтобы заметить выпирающие ножны, а среди снятых с коня сумок – притороченный короткий лук.

— …отвечаешь за них головой, хозяин… – расслышал Ахти строгий голос незнакомца.

— Обижаешь, Цубаса. У меня лучшее заведение в Глухолесье.

— Ага, лучшее. Потому что единственное в округе, – ответил путешественник.

Трактирщик фыркнул, почесал дряблую шею:

— Насчёт животных не сомневайся! У меня теперь такой конюший, что вельможи из столицы довольны его работой! В конях он смыслит и своё дело знает.

Ахти спрыгнул на землю, взял Фиксу за узду.

— А, это ты? – нахмурился Тойво. – Где тебя носит?

— Я, вообще-то, куроптицу подстрелил, – пробурчал мальчик, привязывая кобылу в стороне от жеребцов, и открепил от седла пернатую тушку.

— Бросай всё и позаботься о конях. У нас важные гости.

— Видно, гости и правда важные, если ты так лебезишь перед ними.

Мальчик продолжил возиться с узлом, но краем глаза заметил, что глаза у трактирщика округлились, а из ушей вот-вот повалит пар.

— И это твой конюший? – усмехнулся Цубаса и обернулся.

Ахти раскрыл рот: кожа на лбу и щеках у гостя пестрела от звездчатых чернильных узоров, искусно нанесённых рукой мастера. Раскосые глаза с насмешкой глядели на парня.

— От рождения двенадцать зим, а грызёт хуже слепня, – пожаловался Тойво и добавил чуть теплее: – Найдёныш он. Жизнь его потрепала.

— Найдёныш, – повторил Цубаса, и в голосе его послышалось любопытство. – Откуда ты пришёл, парень?

— Так я вам и сказал, – ответил Ахти, с усилием отводя взгляд от татуировок незнакомца. – Нынче столько проходимцев шастает вокруг, что лучше помалкивать.

— Это правильно, – хохотнул Цубаса, снимая капюшон и обнажая коротко выбритую голову. – Только ведь проходимцы – ваш хлеб, и нужно с ними повежливее. Верно я говорю?

Он приобнял Тойво, и по смягчившемуся лицу трактирщика Ахти понял, что они знают друг друга уже давно.

— Верно-то оно верно, – кивнул мальчик, подходя к рысаку гостя и гладя рукой горячую влажную шею прекрасного создания. – Можно и повежливее. Но не с такими, как вы, живодёрами…

— Ахти! – нахмурился Тойво. – Что с тобой? Об сук башкой стукнулся?

Мальчик обернулся, окинул недобрым взглядом путешественника:

— Не люблю я, когда с конями так… Особенно с такими хорошими.

Он указал на бок рысака, где на коже проступил лиловый кровоподтёк, провёл по шкуре ладонью и показал пальцы, вымазанные пеной.

Трактирщик остался стоять на крыльце, а гость спустился по ступеням и погладил рысака по носу.

— Нам несладко пришлось в последние дни. Уходили от погони. Только на этих резвых братьев и была вся надежда.

Ахти промолчал. Непослушными пальцами расстегнул ремни на подпруге. Цубаса помог снять седло.

— Накорми их хорошенько, парень, и помой. А если умеешь врачевать, то подлечи.

— Как же я их за день подлечу? – спросил мальчик. – Кони вымотаны, им нужен отдых.

— Отдохнуть они успеют, – ответил Цубаса и оглянулся на трактирщика. – Даже, пожалуй, устанут от отдыха.