Книга Четыре месяца темноты, страница 93 – Павел Волчик

Осталось выдержать всего одну песню…

И сомнений больше не было: удивительная Маргарита – талантливая танцовщица и отличница, знающая несколько языков, идущая к золотой медали; красавица, покорившая столько сердец, имевшая тысячи друзей в социальных сетях, которые буквально ее боготворили; вот уже несколько лет два раза в неделю по три часа занимающаяся пением в музыкальной школе, – давала на сцене самого обыкновенного петуха и не понимала этого.

Она думала, что умеет петь. И ее уверенность в себе была столь велика, что даже те мелодии, которые звучали откровенно фальшиво, она делала еще хуже, на полную мощь включая громкость и старательность. И это был уже не первый концерт, куда она звала знакомых.

Андрей с надеждой посмотрел на преподавателя вокала. Та сидела с каменным лицом. Нельзя было понять – понравилось ей или нет? Кажется, ей хотелось, чтобы экзамен поскорее закончился.

Спустя какое-то время приятели стояли в коридоре и дожидались Марго.

— Ты не заметил ничего странного в ее выступлении? – спросил Андрей.

Зайцев посмотрел на него с искренним удивлением.

— Ты же знаешь, я ничего не понимаю в музыке.

— Понимать не обязательно – как по-твоему, она фальшивила?

Вася растерянно оглянулся по сторонам:

— Нет, э-э-э, я вроде бы не заметил… Не знаю…

Марго появилась внезапно, паря на крыльях успеха. Интересно, она всегда выходит с таким напыщенным лицом к поклонникам?

«Мне нужны зрители!» – сказала она тогда, перед выступлением. Вот зачем они с Зайцевым здесь!

— Как вам мое пение? – спросила девушка, смело глядя Андрею в глаза своим пылающим взглядом и широко улыбаясь.

Юноша смутился и промолчал. Он разрывался между возможностью еще раз обняться с ней и грубой правдой. Его опередил Зайцев, пропищавший:

— Нам очень понравилось. Ты молодец! Поздравляю со сдачей экзамена.

Он раскинул руки, чтобы обнять ее. Но она этого не заметила. Марго не отрывала глаз от лица Андрея, который не сказал ни слова.

Наконец под ее взглядом юноша не выдержал и как бы невзначай спросил у приятеля:

— А разве экзамен уже окончен?

— Окончен, – ответила за Васю Марго с еще большим напряжением в голосе, – а почему он не должен был окончиться?

— Ну, на экзамене бывает всякое, – попытался выкрутиться Андрей и снова почувствовал, как краснеет. Он сделал вид, что внимательно рассматривает командирские часы, которые все время держал в руке.

— Мое выступление тебя не впечатлило? – спросила она, и ее правильное лицо странно, злобно исказилось.

— Оно впечатлило меня, – ответил Андрей спокойно, подражая голосу отца. Ему пока удавалось отвечать правдиво.

— Что же не так?

— Может быть, тональность подобрана не совсем верно, – сказал юноша осторожно.

— Тональность? Нет, с тональностью все было отлично.

Зайцев глядел на них весь румяный и хлопал ресницами.

— Тогда, возможно, ты переволновалась, потому что…

— Я совсем не волновалась, мне нравится петь! – почти крикнула она, и Андрей впервые увидел ее некрасивой.

— Тогда тебе лучше еще немного подучиться или вообще не заниматься этим.

Ему показалось, что она сейчас испепелит его взглядом. Но глаза Марго стали влажными и заблестели, хотя лицо оставалось свирепым.

Словно ураган, на них налетела дальняя родственница Марго, закутанная в шаль и вталкивающая между ними свои пакеты и сумки.