Книга Полудницы, страница 181 – Павел Волчик

Монахиня тревожно улыбнулась.

— Онирассказали мне.

— Рассказали… – он так и не открыл глаз.

— Многие из них похищали детей в бреду, думая, что возвращают своих собственных. Они могли посылать друг другу сигналы на расстоянии, делились чувствами, ощущениями. Всего было похищено четверо детей. Сына вы отбили уже в первый день. Двоих мы отыскали в подземельях. Последний ребенок находится в заброшенной рыбацкой хижине, в каких-то десяти километрах от монастыря. Полудница, сторожившая ее, погибла по неизвестным мне причинам. Если девочка там…

Доктор сжал кулаки.

— Ей два года. Она одна, и не может о себе позаботиться…

— Ей два, – перебила София. – Она в тени, под крышей. Неподалеку есть родник. И главное: мы знаем, где она. Бывали случаи, когда такие маленькие дети выживали в диком лесу.

— Сколько?

Монахиня молчала. Илий поднял голову и посмотрел на нее в упор.

— София, сколько дней она там?

— Я не знаю. Воспоминания обрывочные. Это ведь не видеокадры с подписанными датами.

— Пора, – он сел, – мы выдвигаемся.

— А как же отдых?

— Я отдохнул, спасибо. Где носит этих мальчишек?

— Илий…

— Что?

— Дай им еще пятнадцать минут.

Он кивнул. Повалился на землю.

Оставшись в тишине, София удобнее положила девочку, погладила ее по мокрым волосам и начала молиться.

В хвоистой кроне пела лесная птица. На поляне деловито жужжали пчелы, журчал родник.

Монахиня ласково поцеловала девочку в горячий лоб и услышала хруст шагов.

— Я говорю тебе, что не буду их есть… – возмущался высокий голосок.

— А я тебе говорю, что в таком случае ты первым окочуришься от голода, – отвечал подросток.

Они вышли из кустов. Мальчик нес целую пригоршню ягод. У Дэна же в руках шевелилось что-то белое.

— В жизни не возьму это в рот. Лучше уж подохнуть.

— Тише. Илий только что уснул, – Дэн шмыгнул носом, уставился на лесную идиллию.

— Что это у вас? – шепнула София.

— Личинки короеда, – надулся Максим, покосился на Дэна и шепнул. – Гадость!

— Ничего ты не понимаешь, мелкий! – разозлился парень. – Я читал книгу о выживании в экстремальных условиях. Эти личинки богаты белком. Они – самое питательное, что мы можем раздобыть в лесу. Или ты хочешь пойти поохотиться голыми руками?! Скажите ему, София! А лучше съешьте одну.

— Спасибо. Но я еще не до такой степени голодна.

— А ну вас!

Дэн развернул сложенный лист и достал одну личинку. Она была жирной и извивалась.

— Фи! – пискнул Максим.

— Я голодный. Ясно? Мне нужны силы, – повторил про себя Дэн, будто внушая эту мысль самому себе.

Он зажмурился и сунул одну личинку в рот. Прожевал, прослезился, но проглотил.

— Кстати, – произнес он хрипло, убирая сверток и не глядя на остальных, – я тоже еще не настолько голоден.

Весь следующий час они шли молча, потому что девочка больше не кашляла, а только тяжело и сипло дышала. На привале она открыла глаза, удивленно огляделась вокруг и впервые заговорила, указывая на предметы и людей вокруг и перечисляя их на своем детском «тарабарском» языке.

Доктор отметил, что температура у нее немного спала, но состояние девочки все еще тревожило.

Солнце начало быстро катиться за горизонт. От этого помрачнели не только краски, но и путники. Еще одной ночи под открытым небом они никак не ожидали.

Когда янтарный круг почти исчез за очередным холмом, выросшим у них на пути, Дэн услышал звук, напоминающий тихий плеск волн, шуршащих галькой.