Книга Избранный, страница 121 – Максим Зарецкий

И да, за всю жизнь Айдену попалось не так много упавших Звёзд с перевёрнутыми или неправильными положениями залов и коридоров.

— Сюда, Наследник, — старик прервал размышления Айдена на одной из развилок, указывая на левый проход, откуда выходили местные, чуть ли не сплошным потоком.

Похоже, людей внутри осколка жило намного больше, чем снаружи. Как выразился сам старейшина — внешний город не был популярен и там жили в основном «внешники» и гости Муравейника. Хотя внутри осколка хватило бы места для всех.

Огромный духовный космический корабль позволял укрыть в своём нутре несколько сотен тысяч людей. И это при том, что часть его территории всё ещё не была исследована.

— Вы здесь уже несколько столетий, — заметил Айден, повернувшись к старику. — Как так получилось, что изучили не всё?

— Муравейник велик, мастер, — с готовностью ответил тот. — И опасен. Позвольте мне немного рассказать вам о нашем городе и как мы живём. Для вас это будет полезно, особенно перед встречей с Тираном.

Старик оказался неплохим рассказчиком. Даже и не верится, особенно на фоне тех воспоминаний, когда Айден разговаривал с ним в Ватаре, там от волнения старейшина говорил с большим трудом.

Так или иначе, но старик, идя рядом с Айденом и Фэлл, начал быстро вводить их в курс дела, особенно напирая на политику внутри Муравейника, которая оказалась чуть ли не сложнее отношений фракций во Внешних землях.

Прежде всего, как и в Империи, здесь были распространены фракции, только назывались они тут «Семьями». И таких семей тут было очень много. Как правило, сила семьи зависела от двух вещей — количества высокоранговых членов и уровня понимания гармонии меча внутри этой семьи. Тысячи семей… от самых небольших, где насчитывалось всего пару человек, и до огромных, в которых могли состоять десятки тысяч мастеров.

Айден слушал, кивал, а сам тем временем размышлял, складывая из слов старейшины полную картину. Получается, он, рассказывая о гармонии меча во время полёта до Муравейника, усиливал тем самым семьи тех практиков, с кем делился этими знаниями?

И если рядовые члены семей и просто свободные практики почитали гармонию меча как основу своей силы, то вот старшие в семьях, в том числе и ведущие мастера, прекрасно понимали, что это основа силы всей семьи. Отсюда и это их невероятное почтение. Ведь, делясь своими секретами, Айден не только усиливал конкретных практиков — он усиливал целую семью, поднимая её в местной иерархии.

Сам старик напрямую об этом не говорил, разумеется. Но этого и не требовалось. И так всё было очевидно.

Между тем старейшина продолжал свой рассказ, перейдя к куда более практическим вещам.

— Муравейник не зависит ни от кого и в запретных землях является силой сам по себе. Еду мы добываем и выращиваем сами, — старик покосился на один из коридоров, где Айден разглядел многочисленную группу относительно слабых практиков, они сразу начали расходиться, заметив внимание со стороны сразу нескольких мастеров. Не нужно было быть сильным экспертом, чтобы различить в их взглядах враждебность, правда, направленную исключительно на сопровождающих.

— Кхм, так вот, — вернулся к своему рассказу старик, замолчав на пару секунд, пока проходили мимо коридора. — Нам очень повезло, что в нашем осколке оказалось очень много хорошо сохранившихся карманных пространств. И их, кстати, продолжают находить до сих пор. Сейчас на нижних этажах все карманные пространства переделаны под сады и рисовые поля. И этого с запасом хватает, чтобы обеспечить едой весь город.