Книга Наследник, страница 55 – Максим Зарецкий

Айдену стоило больших усилий оставаться спокойным. К имеющимся монетам он добавил ещё две и уточнил у говорившего Главы:

— Есть предположения, куда он мог их увести и для чего это сделал?

— Раз уж он мелких и грамоте учил и всяким премудростям, думаю, что вербовщик он. То ли от секты какой, то ли от школы. Только не из отверженных — те по-другому промышляют. Хватают всех подряд, а потом стравливают как собак — кто живой останется, того и учат. А тут другое… Больше на тех смахивает, кто в тени держится — неофициальные секты или школы. А то и того хуже — из тёмных. На тёмных бы я свой медяк поставил.

— Почему? — вот уж в чём-чём, а в этих официальных и полуофициальных организациях внешних земель Айден совсем не разбирался.

— Тёмные они такие — всё тихо делают. Обычные-то секты в открытую народ набирают, а эти, как воры, крадутся. Только вот загвоздка — не слыхал я, чтоб они с беспризорной швалью возились. Все ж знают, что с нищих, что с беспризорников толку нет. Не бывать нам мастерами. Не та порода. Вот и думай для чего их тащат. Для того, чтобы принять к себе или принести в жертву своим богам и разобрать на части.

Айден на это мысленно поморщился, но вынужден был согласиться. Когда учиться основам, если выжить пытаешься и найти, чего поесть? Ничего удивительного, что из беспризорников почти никто в практики и не выбивается.

— И ещё чего скажу, — встрял Жердь, как только главный замолчал. — На всех мелких печати поганые стояли, рабские которые.

А вот это было неожиданно. Причём не только для Айдена. Глава нищих также с удивлением посмотрел на своего человека, на что тот тут же пояснил:

— Я последних-то приметил перед тем, как сгинули. Ходили кучей всё время, будто прибитые. Бледные все, еле ноги волочили. Когда печать эта рабская на человеке — она ж силы тянет страсть как в первую-то неделю. Сразу видать. Хотя кому до оборванцев дело — они всегда как тени ходят.

«Рабская печать?» — Айден мысленно повторил за нищим, с трудом веря в услышанное. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуться к разговору.

— Естественно, страже вы ничего не говорили о странном поведении стаи и своих подозрениях? — спросил он и тут же понял, что сморозил глупость, о чём ему тут же и сказал главный нищий.

— А толку-то? Кому есть дело до беспризорных крыс? Пропала стая-другая — никто и не почешется. Как и до нас, нищих. Хоть прямо скажи страже, что у них под носом отверженные своих жертв для кровавых дел собирают — и то рукой махнут. Видал, какие хоромы возле трущоб строят? То фракции из внешних земель свои норы роют. Им только на руку, чтобы вся здешняя шваль сама собой извелась. А как да кто это сделает — им плевать с высокой башни. Сдаётся мне, годика через три-четыре префект своих молодцов пришлёт — нас отсюда повыметать. Ну да, то другая история… Что, молодой воин, узнал всё, что хотел?

— Да, сделка завершена, — Айден придвинул к мужчине монету и поднялся из-за стола, понимая, что больше от нищих он уже ничего не узнает. — Благодарю за информацию.

— Всегда пожалуйста. Если заинтересует что-то ещё — обращайся.

— Непременно, — парень вышел на улицу и быстрым шагом направился прочь из квартала трущоб, хорошо чувствуя двух двинувшихся за ним практиков со слабой духовной энергией.