Книга Край. Том 4, страница 48 – Максим Зарецкий

Только сейчас вдруг осознал, как же в чертовом зале воняет. Как будто рядом что-то гнило. Этот запах… такое ощущение, что им пропиталась вся моя одежда. И как я не замечал такой вони раньше?

Я поднял взгляд на сферу, продолжающую безмятежно крутиться на месте. Вопросов на тему этой шутки тоже был вагон и маленькая тележка. Это была часть божества хаоса, порабощенная неизвестным способом. Как это в принципе возможно сделать? Я думал из объяснений той же Струны, что божественные сущности невероятно сильны и ни одному именованному даже через тысячи лет жизни не светит добраться до них. Сильнейшие, которых вот так по щелчку пальцев используют в качестве просто… какого-то модуля?

На то, чтобы немного прийти в себя и забыть такие яркие воспоминания, у меня ушло еще несколько минут. Пришлось отойти подальше от сферы и перевести дух там. Перед глазами все еще стояли события отвратительного сна, совершенно не желая уходить. При этом я хорошо осознавал, что сейчас долго сидеть на месте мне никак нельзя, но ничего поделать не мог. Внимание каждый раз возвращалось к тому, что показала мне сфера. И это несмотря на то, что сам я считал себя психологически устойчивым человеком.

Наконец, я почувствовал, что вернул себе равновесие, поборов внутренних демонов. Как ни крути, а такие вот путешествия в голову к другим далеко не всегда безопасны. Мягко говоря.

Еще раз осмотрев сферу-осколок, я двинулся прочь из зала. Все-таки мне надо выбраться из стремительно умирающей пирамиды, а не задания в ней выполнять. Если бы этот зал управления не был ключевым пунктом маршрута, обойти который нельзя, ноги бы моей здесь не было. Выход… он уже совсем недалеко. Звуки сражений практически затихли. Я лишь время от времени слышал глухие взрывы где-то на нижних уровнях пирамиды. В редких случаях на этом же ярусе, но совсем далеко. Несколько раз меня посещало странно знакомое чувство, словно бы за мной кто-то наблюдал. Но это быстро проходило, так что я не успевал зацепиться за это ощущение. Серые на моем пути больше уже не появлялись. Не знаю, то ли ушли на нижние уровни, то ли оказались уничтожены именованными, побывавшими здесь до меня.

Вскоре ощущение «картографии» начало подавать мне сигналы о приближении к цели. Одному из выходов Пирамиды. Понятия не имею, как он должен был выглядеть, но предполагаю, что это самая обычная раздвижная дверь. Я в любом случае был уверен, что разберусь в этом.

В тот момент, когда я зашел в очередной полупустой зал, за моей спиной вдруг раздался до боли знакомый голос Черныша:

— Тяжело же тебя отыскать, даже с моей меткой.

— Ах ты ж… — я рывком ушел в сторону и, только вскинув арбалет с заряженной разрывной стрелой, наконец-то осознал, кто передо мной. И звучно выматерился. Если это какая-то иллюзия, то она уж очень четкая и разобрать я ее не могу. Фирменная способность Черныша в виде теней закручивалась вокруг него. Выдохнув, я опустил подрагивающий арбалет. Рука, пораженная миазмами, вновь напомнила о себе из-за того, что я на автомате попытался воспользоваться ею, когда вскидывал оружие.

— Твою-то мать, Черныш. Так и заикой стать можно. Я чуть не помер от разрыва сердца, — выдохнул я, кое-как приваливаясь к стене. Только сейчас головой осознал, что встретил давнего товарища и, похоже, спасен. А вместе с этим пониманием меня начали охватывать эйфория и расслабление, пришлось чуть ли не сильнейшим внутренним усилием встряхивать себя, чтобы успокоиться и не терять бдительности. Цена ошибки такого расслабления — смерть.