Онлайн книга «Моя Святая Земля»
|
— Вы, мэтр Марбелл, в Междугорье собрались? — спросил Холан весело. — Вам там обрадуются. Вы ведь украли из фамильного склепа труп юной баронессы Агнессы Междугорской, что-то алхимическое сделали с этим бедным телом и возите его с собой. В сундуке. Для гнусных удовольствий, надо полагать. От чего она умерла, кстати? Марбелл глотнул воздух ртом. — Ты рылся в моих вещах… — О, да, я рылся, — ещё веселее продолжал шеф Тайной Канцелярии. — Скажи слово, шевельни пальцем, убей меня или хоть попытайся — и история твоих похождений будет известна всему Северу. Я позаботился. Тебя затравят, как оленя. Как перспектива? — Ты мог бы сказать всё то же самое с глазу на глаз, — медленно сказал Марбелл, с трудом взяв себя в руки. — Теперь разболтает кто угодно, любая титулованная мразь из Совета… — А ты веди себя любезно, — улыбнулся Холан. — Не заводи врагов, будь почтителен. Ты — отличный алхимик, да и услуги некроманта могут понадобиться… новому государю… тебе могли бы простить мелкие шалости. Марбелл взглянул на канцлера: канцлер благостно улыбался. — Ладно, мессиры, — сказал Марбелл кротко. — Ошейник вы на меня надели. Как я забыл: при дворе Святой Земли можно воровать золото пудами, убивать не возбраняется, даже приветствуется, грехи помельче и вовсе не в счёт — но, чрево ада, ни в коем случае нельзя иметь необычные наклонности в постели. Убивать живых девиц куда предпочтительнее, чем любить мёртвую… — Фу, — сморщился канцлер. — Хватит уже, некромант, а то всех стошнит. Тут будут терпеть тебя и твой этот труп, но не смей слишком много мнить о себе — и ты смертен. — Я это понимаю лучше вас всех, — с горечью сказал Марбелл и вышел. * * * Разгружать экипаж было тяжело и тошно. От мысли, что Холан раскрывал сундук и, быть может, трогал погаными лапами Агнессу, Марбелла мутило. Он заперся в своих покоях, вынул Агнессу из сундука и вымыл в лавандовой воде с ног до головы, а потом переодел в чистую сорочку. Не раздеваясь, лёг рядом с ней на постель поверх одеяла, обнял, прижался щекой к её груди, попытался успокоиться. Грязные сволочи. Простецы поганые. Себе разрешают всё. Убивать для забавы. Растлевать детей и девиц. Присутствовать при пытках. Насиловать. Аристократическая норма. Но плебею… Мой шедевр, бедная девочка, что они понимают в таких делах, думал Марбелл в состоянии, близком к отчаянию. — Воображают, что я из похоти убил бедную баронессочку, из которой сделал тебя… — шептал он, гладя Агнессу по голове. — Им это очень понятно — убийство из похоти. Но ведь ты-то знаешь, что у неё не затворялась кровь, она неудачно порезалась — не я в том виноват… просто случайно увидел гроб в храме… Ей ведь больше не нужно это тело… никому, кроме меня, оно больше не нужно, даже родственникам… Кадавр привычно отозвался на горе хозяина: веки Агнессы дрогнули, шевельнулись пальцы, будто она хотела ответить на ласку. Марбелл прослезился от умиления. Никто из простецов — и уж точно не гнусный Холан — не был способен оценить масштабы труда, превратившие простого кадавра в произведение искусства. Алхимические составы, уничтожившие запах разложения и его самоё. Ритуалы, изменившие тело, ритуалы, обучившие кадавра реагировать на некроманта так, как должно… В сущности, прекрасная кукла, сделанная из банального мертвеца — и чуточку движимая чувствами своего господина. |