Книга Костер и Саламандра. Книга 1, страница 53 – Максим Далин

Вот тут меня и поймал Броук. Сказал, что в обществе канцлера, в охраняемом рабочем кабинете государыне ничего не грозит, – и предложил мне взглянуть на казематы.

Ах ты ж, Отец наш Небесный, я же с детства обожаю казематы!

Как раз вовремя.

Но Броук здраво напомнил, что скоро похороны, что возможны любые провокации, беды и гадости – и если мы успеем найти надёжных людей и прикрыть возможно больше пространства, то честь нам и хвала.

Прозвучало очень здраво, я не нашлась что ответить.

И не разочаровалась, когда пошла с Броуком. Устроено было просто замечательно.

Из главного корпуса туда вела галерея, а потом узенькая потайная лесенка. Получилось, что казематы – с внутренней стороны служебного корпуса, вернее между ним и зданием Большого Совета, можно попасть и из Совета, и из Дворца. Под землёй. Каменный мешок: несколько камер, запирающихся решётками или стальными створами, выходят в круглый зал, который, наверное, использовался для пыток или просто допросов, а для моей мастерской подходил просто идеально. Тяпка, которая весь день изображала заводную игрушку, впервые радостно побегала, обнюхивая все углы: тоже устала от церемониалов, бедняжка.

И я в полном восторге продиктовала Броуку, что мне здесь нужно.

Не мелочась. Подробно описала, какое зеркало, какие стеллажи, какой рабочий стол, какое что. А под конец сказала:

— Если у вас есть на примете приличный механик – часовщик или кукольник, я бы с ним познакомилась. Мне может понадобиться помощь.

В общем, мы покончили с делами, когда уже совсем стемнело.

Ужин нам подали на двоих, в маленькую гостиную Вильмы. Наверное, вкусный, но я осилила только стакан подслащённого молока, а Вильма надкусила и отложила яблоко.

— Нам не повезло сильнее, чем я думала, – сказала она. – Нужно иметь силу тренированного бойца, чтобы всё это выдержать, а мы… Мне даже спать не хочется, мне хочется только реветь. И тошнит.

— Королева должна быть крепкой телом, – сказала я. – И я тоже привыкну.

Вильма кивнула ласково:

— Конечно, привыкнешь. И я привыкну: нам деваться некуда… зато расстановка сил при дворе у нас перед глазами, как разложенный пасьянс, правда?

— О чём ты? – спросила я.

— Перелесье не желает видеть меня на троне, – сказала Вильма и махнула рукой. – Ничего нового, но… откровенно так… От партии Леноры ничего доброго ждать не приходится, а партия сильная. И Хальгар – ненадёжный союзник… Зато благородный мессир Норф – ох, как я рада была его видеть! Он старый друг моего отца.

— Междугорец?

— Да. Он назвал меня белой королевой, – Вильма улыбнулась. – Меня нельзя так называть, Карла, дорогая: «белая королева» значит «вдова на троне». Думаешь, он ошибся случайно?

Меня это ужасно развеселило. Я даже выпила ещё молока.

— Не думаю, – сказала я. – Уверена, что нарочно.

— Девичьи мечты, девичьи мечты, – зевнула Вильма и потянулась. – Кажется, я всё-таки усну. Если рядом с тобой: так безопаснее.

А Тяпка устроилась у нас в ногах – как всегда.

* * *

На следующий день Виллемина спала долго – и я запретила её будить. Большой Совет назначили на три часа пополудни, времени ещё предостаточно, а на живых людях не годится ездить верхом, да ещё и пришпоривать, даже если они королевы. В конце концов, когда-то надо отдыхать.

Но я проснулась привычно рано – и день для меня начался очень бодро. Мне принесли кавойе со сливками, булочки с карамелью и целую пачку подшитых дел из жандармского управления и Тайной Канцелярии, под грифом «оставлен в подозрении».