Книга Костер и Саламандра. Книга 1, страница 78 – Максим Далин

— А мы?

Клай улыбнулся:

— А наш государь, Риэль Чайка, сообщил гонцам, что Прибережье отмечено Господом особо. Что в храме Благих Вод в ночь на Новогодье того же года было видение и причту, и прихожанам – и теперь он храм Благих Вод и Путеводной Звезды, а путь у Прибережья свой, указанный лично Творцом… как-то так.

— Красиво… – сказала я.

— Красиво, леди, – сказал Клай. – С тех пор считается, что Святая Земля, Златолесье и Перелесье – основа Союза Света, все страны послабее признали власть Иерарха Святой Земли и стали их братьями по вере в полной мере… А Междугорье и Прибережье – особняком. Междугорье – варвары, которые наплевали на благодать, от них всего можно ожидать, а мы – еретики.

— Мы ведь тоже верим в Творца, – удивилась я. – И у нас тоже Святой Орден. Почему еретики-то?

— А потому что дом Путеводной Звезды вообразил, что Господь дал ему свой собственный путь, – улыбнулся Клай. – И чудесное положение на перекрёстке морских путей. Это же нехорошо, а?

— Почему?

— Потому что в Перелесье так думают, – сказал Клай. – С тех пор утекло очень много воды, леди. Интересно, насколько Святая Земля сохранила свою благодать… Думаю, что не в полной мере, хотя благие короли там до сих пор встречаются. Златолесье… там есть… но что от него осталось! А Перелесье – дело другое. Они сейчас сильнее Святой Земли. И богаче… Считается, что Рандольф Перелесский – благой король, но это звон… а вот что в Перелесье ещё со времён Союза Света мечтают объединить весь Северо-Запад под перелесской короной – это так.

Я слушала и думала, насколько Клай может быть полезен лично мне. Ему удавалось рассказывать понятно и просто… в пересказе Валора история выглядела как-то иначе. Более запутанно.

А историю в пересказе Клая я понимала. Я даже подумала, что он, может быть, поможет мне распутаться и разобраться – и я не буду чувствовать себя деревенской девчонкой при дворе.

Хотя – всё равно буду.

Но в меньшей степени.

* * *

Я как раз хотела спросить Клая, правда ли, что благие короли ни убивать, ни даже приказывать убить не могут, потому что на них смотрит Творец. Мне было ужасно интересно, как кто-то в Перелесье, пусть даже с тяжёлого похмелья, может считать Рандольфа благим. Но спросить я не успела.

В приёмную без стука быстро вошёл один из стражей Броука – как солдат к генералу. И сказал, как солдат:

— Позвольте обратиться, леди Карла?

С ходу мне показалось, что он запыхался, – но я тут же поняла, что ошиблась. Он нервничал, чтоб не сказать был сильно испуган.

— Что случилось? – спросила я.

— Вас зовёт леди Ленора, – сказал он. – Срочно.

Я тут же поняла, что плохо дело. Раз меня зовёт – совсем плохо. Паршиво.

Я взглянула на Клая. Он гладил по голове настороженную, встревоженную Тяпку, а глаза у него были как блюдца:

— Господи, леди, что тут происходит?

— Не знаю ещё, – сказала я. – Мне нужно идти.

— Возьмите меня, – сказал Клай. – Возьмёте мой Дар, если будет надо.

Я посмотрела внимательнее. Тяпа сидела у его ноги и повиливала хвостом. Он нравился моей собаке, это никак не меньше, чем моему Дару… И я решилась.

— Ладно, – сказала я. – Можешь идти быстро?

Клай вздохнул, как охнул:

— Попробую я, леди.

Демона лысого он мог.

Он пытался бежать за мной, припадал на ногу, дивлюсь, как не падал. Страж подставил ему плечо, Клай уцепился – кое-как получалось идти чуть быстрее. Я его тогда очень сильно жалела – думала, как же ему не повезло с клеймом. Как тяжко, когда клеймо мешает тебе нормально жить… а его ещё заставляли подавать пиво всяким лохам в этом гадском кабаке…