Книга Время неблагих. Книга первая, страница 132 – Максим Далин

— Да, принц, — чуть улыбнулся Лео. — Отвечу, если смогу.

Лэрик вдохнул, будто набирался храбрости. Выглядел прямо отчаянно, взвинченно и отчаянно.

— Так вот… — еле выговорил, что-то ему сильно мешало. — Нас, значит, четверо… и мы, значит, драпаем. Но у нас ведь, получается, есть цель… если нас судьба ведёт… ну, она же к чему-то ведёт, да? А мы даже шкурки собственные не факт что спасём… и мы не знаем, куда нас ведёт… как же так?

Лео поклонился ему. Не просто обозначил поклон — а прямо правильно. Как принцу, как паж.

— Ваше прекраснейшее высочество, — сказал он тепло и печально, — цель прежняя. Закрыть дыру в ад. Вы же знаете, дорогой принц. И вы, несомненно, понимаете: ваша неудача или частичная удача будет означать много лет ада… чтобы потом кто-то пришёл снова. Потому что чем больше власти будет у ада, тем тяжелее людям будет его остановить. Вам будет тяжелее, чем друзьям Эральда. Вашим потомкам — ещё тяжелее. Это всё, что я могу вам сказать. Но чтобы хоть попытаться, вам нужно выжить, верно?

Лэрик кивнул. Бледный был в жёлтом электрическом свете — глаза казались совсем тёмными и синяки их обвели в одночасье. А у Глейзы в глазах слёзы — но не вытекают, и Рошер её обнял. Испуганные детки, подумал я. И я такой же.

— Простите, — сказал Лео. — Вы хотели знать. А я помогу чем смогу. Я тоже желаю вам удачи.

И растворился в лунном сиянии, и обернулся маленькой совой. Мы с Глейзой ей окно открыли.

И ещё долго смотрели в холодное тёмное небо. Даже после того, как сова пропала в темноте

Сэдрик смотрел на меня и щурился. То ли зло, то ли раздражённо.

— Я правда не помню, — сказал я виновато. — Я то ли прогулял, то ли что…

— Потомки… — фыркнул Сэдрик, как кот. — Глаз Бури: знак «Око», круглые скобки. Взгляд в Бездну: знак «Око» и две стрелки, вверх и вниз. Тебе и алхимию нужно учить, умник.

— Ага, — сказал я. — Спасибо.

Сэдрик дёрнул плечом и отмахнулся.

— Работай. Потом обсудим. А обычный щит чертят как все розы, что ж сложного…

Не успел он договорить: меня тряхнули за плечо. И я глаза открыл, их резало, спать хотелось дичайше.

И я прям думал, что сейчас Сэдрика увижу, такой достоверный был сон, реалистичный такой. Но меня встряхнул Лэрик:

— Отец пришёл.

Вот когда я подскочил, как ошпаренный. Потому что — таки да, в нашей каморке горел свет, а на облезлом стуле сидел король.

Кеннет собственной персоной. В широкой рубашке и жилете, с грустной рассеянной улыбочкой. И его сзади обнимала за шею Глейза, ласкалась. И Лэрик подошёл.

А Рошер сидел на диване с таким же, подозреваю, обалдевшим видом, как и у меня.

А король сказал мне:

— Ты всю ночь не спал? Читал в этом кресле?

— Ага, — сказал я. — Простите, государь, всё я проспал… как-то случайно задремал.

Одна тетрадка упала на пол, я её поднял и совсем смутился, потому что, наверное, не по этикету.

— Это ведь… — начал Кеннет и подзамялся как-то. Слово выбирал. Выбрал. — Это конспекты по всякой оккультной всячине?

— По защите, — сказал я. Окончательно проснулся. — По оккультной защите, государь.

— Прекрасно, — сказал Кеннет. — Я очень рад, что ты тоже едешь, Валиен. Завтракать будете в поезде, дети. Приводите себя в порядок и спускайтесь, мамочка и Ильсора уже в Гиацинтовой гостиной.

— Наши дела что, совсем плохи? — спросила Глейза как всхлипнула.