Книга Время неблагих. Книга первая, страница 21 – Максим Далин

— Как дела? — спросил Шельд больше меня, чем Хэтрика.

Я и ответил:

— По-моему, хорошо. Но мессир, кажется, мной недоволен.

Хэтрик посмотрел на Шельда так, будто именно его и подозревал в какой-то изощрённой издёвке.

— Парень — белый, — сказал он. — Ты что, не знал, Ворон?

Шельд на него так взглянул… когда он злился на маму, вполовину настолько презрительно не смотрел. Предельное презрение, обращающее в ноль, изображал умело, любовно и впечатляюще.

— Ты думаешь, я позвал тебя, чтобы услышать об этом очевидном факте, Хэтрик? Это единственное, что ты можешь сказать?

— А чего тогда ты ждал⁈ — возмущённо спросил Хэтрик. — Чтобы я подтвердил его очевидно сильный и странный Дар? Да какая разница, Ворон! Он же белый!

— Да хоть в малиновую полоску, — сказал Шельд насмешливо. — Я вижу, сын не впустил тебя глубоко, так? Не рвётся сходу сотрудничать и не купился на твои трюки для новичков. Очень тебе признателен, дружище. Глубоко удовлетворён. Ты ведь засвидетельствуешь в Чрезвычайном Совете то, что увидел, не так ли?

— Что твой, так сказать… гхм… найдёныш — белый?

— И одарённый. Серьёзно. Сильный. М?

Хэтрик вздохнул.

— Да, — согласился он неохотно. — Всё это есть… если Совет примет белого.

— Моего сына? — удивился Шельд. — Тебе не очевидно, что он — из моего дома?

— Очевидно. Дар… сходный. Но… Ты можешь за него поручиться?

— То, что он здесь — и есть моё ручательство, — бросил Шельд, чуть пожав плечом.

— Я не буду с ним работать, — заявил Хэтрик. — С твоими девочками буду, с парнем — нет.

— Не работай. С ним буду работать я. Пойдём в мой кабинет, Хэтрик. Ты ведь сегодня будешь в Совете? Передашь Чериллу моё прошение и бумаги сына.

— Удивительный приступ родительской любви, — хмыкнул Хэтрик. — Но пойдём, я не отказываюсь.

— У меня сын с сильным Даром, — сказал Шельд с неожиданной улыбкой. — И он тебя шуганул. Если бы не работа, я бы сегодня вечером надрался на радостях.

Хэтрик передёрнулся от отвращения, встряхнулся, как гриф. Кивнул на прощанье — сёстрам, а не мне — и выскочил за дверь. А Шельд, прежде чем уйти, взглянул так, как ещё не смотрел ни разу.

Почти тепло.

Сёстры на меня накинулись, как всегда накидываются девочки, когда думают, что ты что-то нарушил. Ах, ну вот, теперь Хэтрик будет злой, а с ним ещё как-то общаться, а он и так не слишком добрый, будет заставлять зубрить и делать всякие неприятные штуки…

Иногда мне кажется, что сёстры почти взрослые… как я… а иногда — что в куклы им ещё играть. Они как будто не вполне понимают, что творится вокруг.

— А малый страж — это кто? — спросил я.

— Демон второго круга, — отчеканила Рафка. — Без присутствия, только влияние.

В нашей школе девочки, которые привыкли получать только «похвально», так Писание шпарят. Чётко, быстро, без остановки, особо не вдумываясь. И выражение лица такое же.

А Рафку научили вызывать демонов. Подумаешь.

И я уже даже не удивился и не испугался. Я просто проверил, и так уже понял.

Самое удивительное, что я как-то до странности успокоился. У меня в голове как будто сложилась загадочная картинка из кусочков — прямо со щелчками, раз-два… Кошмары мои. Некоторые проговорочки взрослых, случайные фразы, за которыми сразу кто-нибудь цыкал: «Тихо-тихо, ты что, молчи!» Отвратительный холодок вдоль спины, когда в незнакомый храм зайдёшь, просто по пути — а там почему-то… странно.