Книга Кланы. Суд ёкаев, страница 15 – Александра Гардт

— Я тебя умоляю, – закатила глаза Нари. – Надоел. Нина, что скажешь?

… – И что ты сказала? – поинтересовался Чжаён.

Я вздохнула. Кофе в стаканчике кончился, идти за другим не было настроения.

— Сказала, что хочу поговорить с тобой.

Чжаён забавно поменялся в лице. В отличие от Ямато, он был искренним и хорошим мальчишкой. Я даже почувствовала, как ему приятно.

— Но я же не могу повлиять на твое решение. И не должен.

— Я так и не поняла, Чжаён, – произнесла я. – Ведь так не бывает, жизнь как сказка за честные и неподкупные решения. Нет, нет, я знакома с судебными системами и знаю, что это как раз нормально. Но в чем подвох?

Чжаён наморщился и сказал тихо:

— Ну а в чем подвох у судей?

— Слушай, я думала об этом. Но я же ведь не судьей буду в прямом смысле слова, правда? Я буду мировым. Причем мировым на побегушках у мафии. Они людей убивают и не скрывают этого.

— Твоя правда, – отозвался Чжаён, и я вдруг резко поняла, что по-прежнему лежу у него на плече и смотрю снизу вверх, будто вычитать что-то хочу. – Но хорошие кланы тоже есть, и мы стараемся поддерживать баланс. Это лучше, чем хаотичное кровопролитие. И нам ты тоже нужна, потому что судью слушаются все. Как он сказал, так и будет. Никто же не обещал тебе сказку, верно?

Я помолчала.

— Ответ надо дать до завтра, у них есть какой-то запасной кандидат.

— Знаешь, я бы согласился на твоем месте. Это не самая чистая в мире работа, но на ней можно стараться делать хорошее. Да и потом, когда еще с Мидзуно будешь так часто сталкиваться. Ты чего вздрагиваешь, Нин?

Я замерла, как провинившаяся школьница. Сталкиваться с Ямато действительно хотелось почаще.

— Я шутил, вообще. А он что, сильно мерцал волосами и был излишне волоок?

Я прыснула и стукнула Чжаёна локтем. Из аудитории напротив появился Алексей Михайлович, и только тут я вспомнила о времени.

— Нина Даниловна, – резко проговорил он. – Может быть, у вас любовь с господином Кимом, но вы бы хоть не напротив нас стояли, пара уже пять минут как началась.

Я ошалело выпрямилась, хлопнула Чжаёна по руке и рванула в аудиторию. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, лучше бы в «Старкофс» сходила, а об этой мути и не вспоминала вовсе.

Дверь захлопнулась за моей спиной. Вся красная, я упала на свободное место во втором ряду и увлеченно стала рыться в сумке.

— Так вот, пока мы тут с божьей помощью выясняли английских королей, Нина Даниловна устраивала свою личную жизнь, можете себе представить, и ничто ее не могло остановить. Нина Даниловна, может быть, вы на английском – чистейшем – поделитесь с нами своей историей? Да вы не стесняйтесь, выходите к доске.

Я с тяжелым вздохом встала на ноги. Начиналась самая настоящая экзекуция.

Определенно, этот день был еще хуже вчерашнего дебоша. После пары по английскому меня откачивали ввосьмером: почти оттащили на лестницу, уходящую с пятого этажа на крышу, поили минералкой, какими-то таблетками и обмахивали сразу тремя учебниками корейского.

— Нинка, ну ты что, – на разные голоса причитала группа, а я даже сформулировать не могла; кто-то, кажется, Катька, хлопнул себя по лбу и унесся в «Старкофс» за нормальным кофе «для нашей героини».

— Слушай, Нин, – растерянно проговорил Костик, – ну ты же Белова сделала просто вчистую, чего теперь в обмороки падать.