Книга Кланы. Суд ёкаев, страница 39 – Александра Гардт

— Твоего разрешения не спрашивал, – взвился Чжаён. – Нина, доброго вечера – и выброси корзину, мы забыли, пока ругались по поводу Ирины.

Он махнул рукой и медленно ушел вниз по улице, высокий и стройный.

— Перестань уж его глазами есть, – устало сказал Ямато, прислоняясь к машине. – Он занят, найдется кому.

Я тревожно посмотрела на бледного демона, пробежалась взглядом снизу вверх и обратно. Заметила, что кровь так и продолжает течь по его руке.

— Ямато, дай посмотрю, – попросила я.

— Что? – Он будто очнулся от мыслей, потом поднял руку к носу. – А, это. Пустяки, сущие пустяки. Я… перепугался. Никогда бы не подумал, что этому идиоту придет в голову обернуться. Нина, поверь мне, пожалуйста. Я его накажу так, что он запомнит. Вообще, в стародавние времена покушение на судью каралось смертью, но сейчас это правило отошло в прошлое. Я разберусь. Ты мне веришь?

Я долго думала, что ответить, глядя в грязно-серую землю. Потом вздохнула:

— Верю я только в то, что спать не смогу еще очень долго. Если не дашь руку посмотреть – тем более.

— Там уже ничего нет, – заупрямился Ямато, и тогда я выдохнула:

— Кто ты? Паук? Волк? Дракон? Лиса?

Ямато поднял на меня глаза, и я поняла, что вопрос был ошибкой.

— Слишком личное. Или ты как судья спрашиваешь?

— Как никто. – Я отправилась к пассажирскому сиденью, ссутулившись и пряча руки в карманах куртки: внезапно сделалось очень холодно.

До моего дома мы добрались в молчании. Ямато пошел за мной в подъезд, отставая на полпролета. Я добралась до нужного этажа – и чуть было не взвизгнула. Но на пороге моей квартиры сидел не монстр.

— Марин, что ты здесь делаешь?

Ямато благополучно врезался мне в спину. Маринка пожала плечами.

— Вот,– сказала я, отодвигаясь в сторону.– Marina, this is Yamato. Yamato, this is Marina^[4].

«Nice to meet you»^[5] грянуло хором. Ямато подхватил корзину с цветами и, кивнув на прощание, ушел вниз по лестнице.

— И что это было? – поинтересовалась Маринка, вставая на ноги.

— Доказательство того, что я не встречаюсь с Чжаёном и что я тебя не обманула? – неуверенно предположила я.

Маринка кивнула. Я отперла дверь, и мы зашли внутрь.

— Объяснишь что-нибудь? – Она потянулась к холодильнику, скептически поцокала языком и побежала ставить чайник.

— Если честно, это был просто ужасный день, и я бы с радостью надралась, – ответила я. – Там виски стоит, открывай.

— На парах ты, я смотрю, появляться не желаешь?

— Мари-и-и-ин, – застонала я.

Врать пришлось в прямом смысле на ходу. Я сочинила зубодробительную бредовую историю про спор между двумя друзьями и про старую японскую традицию назначать царем Соломоном кого-то нейтрального. Маринка пила и, кажется, верила, только удивленно хлопала глазами. Я лихо мешала правду с выдумкой, под конец она совершенно запуталась и, усталая, задремала. Я принесла ей плед с подушкой и аккуратно уложила ее на диван.

Подошла к окну. Мне, к сожалению, надраться не удалось от слова «совсем». Голова болела, но была ясной. На далекой луне вдруг нарисовался профиль Ямато, я хлопнула глазами, и видение исчезло. Точно, ведь Чжаён просил набрать.

— Нормально доехали? – спросил он в трубку.

— Смотря что считать нормальным, мой хороший. Но все вроде бы живы. А ты?

— И я жив.

— Многословно. Чжаён, Ямато так и не сказал, кто он.