Книга Имперский вор. Том 1, страница 52 – Дмитрий Ра

Больно, сука? Явное растяжение связок. Минус три волка – и этот потерялся уже надолго. Спасибо тебе, Шанкар-ал-Тар! Не зря ты боевое оружие бога битв!

Стреляю глазами по сторонам: кажется, выходка божественной длани осталась в казарме незамеченной.

— Да пошёл ты!.. – огрызается Палей из-под моего локтя и пытается пнуть назад. Хрен там. Выгибаю уродца так, чтобы забыл, как дышать. Не то что ногами размахивать. Крепче сжимаю его шею.

— Серёженька… и ты… как там тебя… Максимка? – говорю ему на ухо, не выпуская из захвата, но глядя на Горчакова. – Я говорил: здесь будет порядок. Забыли? Здесь мамочки нет, чтобы вам слюни подтереть. Здесь взрослые дяди… Могут и по щам навалять.

В глубине казармы раздаётся смешок. Не всем тут нравятся эти зарвавшиеся аристо. Опустить их жизненно необходимо.

— Повторю для тупых и тех, кто ещё не слышал, – говорю, так и не повышая тон. – Здесь будет порядок. Ясно?

— Мы ж тебя задавим, сучонок… – рычит с пола Горчаков. Но особой уверенности в его голосе нет.

Да, на плацу я чудес не показываю. А вот драться умею – это все уже знают. Как и то, что стиль боя князя Каменского не слишком подобает аристократу.

— Сопли утри, – сухо советую я и гляжу на застывшего посреди казармы Данилова: – Тебе чего-то не хватило? Могу добавить.

Для наглядности чуть поднимаю локоть, вздёргивая подбородок Палея. Дышать тому становится ещё труднее.

— Отпусти, слышь… Отпусти, – сипит он.

Данилов отводит глаза.

Фух. Этот поединок я выиграл.

Уже решаю, что момент опускания аристо мы благополучно проехали, как ситуация резко меняется.

— Сзади! – раздаётся предупреждающий крик из толпы кандидатов.

Оглянуться не успеваю. Получаю удар по затылку. В голове звенит. Руки разжимаются. Палей тут же выскакивает из захвата и разворачивается. Вижу, как в лицо летит его кулак.

Отшатываюсь, и…

…теряю контроль над источником.

Трижды трахнутый дракон! Знал же, что нужно контролировать эмоции!

Тут же понимаю, что чувствую не то же самое, что в битве с Шахом. Видимо, для этого нужно магическое оружие?

Сейчас его нет, и боевого транса тоже нет, хотя тьма вот-вот выплеснется наружу из сведённых в магическом жесте пальцев.

Я не знаю этого жеста. Даже не так. Его не знает ни Никрас Борх, ни Никита Каменский. Руки сами плетут незнакомые заклинания. Всё вокруг становится серым. Воздух холодеет.

Из ладони вылетает тончайшая тёмная нить. Захлёстывается на горле Палея и дёргает его обратно ко мне. Он хватается за шею, непонимающе хекает. И отчего-то испуганным кроликом пялится мне в глаза. Удавка слишком тонка, чтобы её увидеть.

Сопротивляюсь тьме. Пытаюсь удержать ускользающий рассудок. Не знаю, что происходит с моими глазами. Но я чётко вижу каждый магический источник в этой комнате. Они зовуще мерцают, и внутри меня разливается адский голод. Знакомый. Я уже чувствовал его, оправляясь на перерождение.

Жрать…

Всё происходит в течение нескольких секунд, но они растягиваются в вечность. Сдёргиваю с шеи княжича тьму-удавку, отталкиваю парня как можно дальше. Желание запустить тёмные нити в его источник и осушить почти непреодолимо.

«Не успокоишься – найду химеринга и скормлю тебя ему», – обещаю тьме, не уверенный, что она меня поймёт.

Но и правда становится легче. Голод отступает.