Книга Имперский вор. Том 4, страница 32 – Дмитрий Ра

От которой не свободно даже самое процветающее государство…

— А что, на господине Вату… как там его? На нём обнаружили следы пыток? – спрашиваю с интересом.

— Да нет, – вздыхает Львов. – Разве что следы неумеренной страсти, которой он предавался за пару часов до встречи с тобой… Оставим это. Никита, я настоятельно прошу тебя прекратить какую бы то ни было деятельность, грозящую тебе неприятными последствиями. У этого японца мог быть пистолет, например. Охрана, поджидающая его в подъезде. Да что угодно могло быть! Какого чёрта ты лезешь во все эти дела, Никита?! Почему бы тебе просто не учиться спокойно?

Я не в силах сдержаться:

— Вместо того, чтобы прыгать в порталы за его величеством и ловить врагов моего Отечества?

— Именно! Весь в отца! – добавляет в сердцах Львов.

— Благодарю за комплимент. – Я встаю и щёлкаю каблуками. – Готов служить Родине!

— Это, конечно, радует, – бурчит Львов и машет на меня рукой: – Да сядь ты уже.

— Николай Михайлович, я могу воспользоваться вашим принтером? – спрашиваю я, подходя к его столу. – И смартфон подключить к нему, соответственно.

— Можешь. Что там у тебя ещё?

— Вам понравится, – обещаю.

И распечатываю список имён, продиктованных мне Таш. Кладу перед князем.

Он читает. Поднимает на меня глаза и растерянно моргает.

— Эм… Никита, только не говори мне, что…

— Это имена иностранных агентов «Братства свободных», работающих на территории Российской империи.

— Но как?.. Ты уверен?..

— Разумеется. Эти имена добровольно передала мне Наталья Бородина. Она полностью раскаялась и через два дня покидает Россию навсегда.

Глава Тайной канцелярии уже не удивляется. Только хмуро спрашивает:

— Вместе с аукционным домом «Лотос» покидает?

— Ну что вы. Лишить государство налогов, поступающих от такого доходного частного бизнеса? Глубина раскаяния Бородиной настолько велика, что бизнес она оставляет здесь.

— Государству? – уточняет Львов.

— Увы. Своему двоюродному брату. И очень рассчитывает, что преследовать её не будут. Замуж выходит, – доверительно говорю я. – За какого-то француза вроде.

— У меня просто слов нет, Никита, – честно говорит Львов, разводя руками.

И прекрасно, что нет! Потому что у меня нет времени выслушивать нотации. Пусть даже и от главы Тайной канцелярии.

Новость о смене владельца аукционного дома «Лотос» не так глобальна, как государственный переворот или похищение императора. Но всё равно интересна, и в пятницу о ней орут в интернете с раннего утра.

А потому всё внимание курсантов Императорского военного училища переключается с меня на Токсина.

И теперь это не бурное море восторга и обожания. Во взглядах аристо легко читается интерес – у кого задумчивый, у кого меркантильный, но у всех изумлённый. А ещё там прыгают цифры, как на калькуляторе.

Для обычных людей аукционный дом «Лотос» – не более чем красивое здание в столице. Для богатых людей – возможность приобрести антиквариат. Для одарённых – это теневой рынок редчайших ингредиентов. В основном добытых из разломных монстров.

Почему теневой? Да потому что охота на тварей из разлома и продажа ингредиентов, собранных с них, возможна ТОЛЬКО по государственной лицензии. Без лицензии это грозит десятком лет тюремного заключения. Таков закон. Но в этом мире слишком мало эфира, чтобы обходиться без артефактов и зелий, а потому ингредиенты для них добывают, невзирая на закон, и, понятно, торгуют ими на чёрных рынках.