Книга Имперский вор. Том 5, страница 107 – Дмитрий Ра

Да… Как бы ни хотелось получить всё и сразу, в нынешних условиях заниматься рудниками у империи возможности нет. Да и свободные братаны могут прийти сюда в любой момент, открыв себе портал. И придут, конечно. Поэтому Шах устанавливает запалы и взрывчатку. Через час шахту замуровывает обрушившимися камнями. Правда, лежавшие тут ящики с кристаллами мы, не сговариваясь, заныкиваем на нашей базе. А один решаем взять с собой.

— Но как они его отсюда переправляли? – задумывается Николай Михайлович Львов.

— Так через портал, – киваю в сторону башни.

— Но он открыт в зал Кремля!

— Полагаю, тут у них не было выбора. Открытым портал поддерживает сила монстра из башни. Уверен, второй такой твари тут нет. Понятно, что таскали и раньше, но с проблемами. А тут теперь всё время открыто.

— Но невозможно же переправить прямо в Кремль ящики с кристаллами? – недоумевает Лекс.

— Вот в этом-то и проблема. – Я поворачиваюсь к императору. Он явно уже всё понял и теперь выглядит таким же мрачным, как британец пять минут назад. – Всё верно, ваше величество. В Кремле есть шпион «Братства», и неслабый. Так что я бы проверил ваших гвардейцев на ментальное воздействие. И на наличие сбивающих эфирный фон артефактов.

— Проверим, – кивает в ответ император.

— Кстати, а почему в этот портал нельзя было вернуться? – Шах смотрит на меня так, будто я знаю ответы на все вопросы.

— Да без понятия, – пожимаю плечами. – Может, для прохода нужна поддержка кого-то на той стороне. А может, какой-то ключ на этой.

— Парень, мне жаль, что ты не британец, – внезапно говорит Чарльз Дэвис. – Нам такие талантливые люди очень нужны.

Криво ухмыляюсь. Мне не жаль.

— А губозакатывающую машинку? – хмыкает император.

И Шах начинает объяснять недоумевающему британцу, что такое «губозакатывающая машинка».

* * *

Возвращаться за Шанком, то есть снова лезть на пятисотметровую башню, меня не радует. Потому это делает за меня драконица Хаадис.

Его величество вместе с князем и британским подданным во все глаза наблюдают за летящей ввысь призрачной драконицей, в то время как я подхватываю тело Ольги.

Ну… если Ольга решила засветить императору свои возможности – значит, хорошо обдумала и дальнейшие последствия. И я должен уважать её выбор.

Ещё три дня мы прочёсываем осколок. И, как оказалось, не зря: во время стрельбы приличная часть изменённых и правда разбежалась по округе.

К сожалению Александра Третьего, взять их живыми нам не удаётся: и так невменяемые, они совершенно слетели с катушек от голода. Скорее всего, они и раньше жрали друг друга. Теперь же, без надсмотрщиков, у них были полностью развязаны руки.

И пасти. У кого-то даже не одна. Во всяком случае, от тех наёмников, которых я оставил в запутывающей формации, остались лишь лоскуты одежды.

В конце концов мы убеждаемся, что осколок совершенно чист – если не считать засевшего в башне монстра. Император рвётся разобраться и с ним, но я убеждаю его в том, что делать этого ни в коем случае нельзя. Если, конечно, он не хочет разрушить осколок и потерять рудники. До края осколка мы уже доходили, и его величество лично убедился в том, что это не целый мир, а лишь его часть. Сквозь которую проступают контуры столичного центра. Так что не верить мне у него причин нет.