Книга Имперский вор. Том 6, страница 90 – Дмитрий Ра

Тварь же будто растворилась в воздухе.

А мне очень надо пообщаться с ней вплотную. Потому что спустя время я, кажется, понимаю, что за куски летели с её тела, когда она слишком сильно дёргалась. Эта мысль мне очень, очень не нравится. Особенно в свете умения твари нестись под землёй со скоростью, чуть ли не в два раза превышающей скорость поезда метро.

Закрыв глаза, мысленно следую за химерингом по промзоне. Судя по надписям на, кажется, немецком – полустёртым, но всё ещё видимым на ржавых остовах каких-то конструкций, – это останки бывшего немецкого автозавода. Об этом же говорят выставленные в ряд ангары, старые сборочные цеха и тяжеленные бетонные основания, в которые вмурованы здоровенные болты – когда-то к ним крепились каркасы кузовов и прессы.

Присланные Крайтом образы говорят о том, что промзона опустела. Более того: опустела довольно давно.

— Там нет людей, – говорю мужикам как есть.

— Откуда ты знаешь? – напрягается Червь. – Мы же туда ещё не доехали.

— Знаю – и всё. Вопрос в том, почему об этом не знаете вы. Сам же говорил, что вели наблюдение.

— Этого не может быть, ты ошибаешься. Мы лично проследили за перевозкой людей на эту промзону.

— Когда это было?

— Ну… несколько месяцев назад, – признаёт Червь. – С того момента близко было уже не подойти. Но призванная охранять людей тварь всё время находилась здесь. Её мы пару раз видели в бинокль. Она же за нами и гналась.

Многоножка и рой – одно и то же. Или почти. Множество существ, собранных в организм, в который в лабораториях колдуна превращают живых людей.

Управляет роем центральная тварь. Матка.

Именно такая тварь охраняет это место.

Червь ходил со мной в разлом, чтобы добыть особое вещество, выделяемое маткой роя морфов. Оно позволило бы пройти мимо твари незамеченными. Но добыть матку нам тогда не удалось. И я договорился с Червём, что убью тварь, которая охраняет лаборатории «Братства». В обмен на известные ему их секреты.

— А зачем держать её здесь, если никого не охранять? – заканчивает Червь. – Правда, в бинокль мне казалось, что она сильно меньше. И именно она разрушила сегодня твоё поместье.

Обвожу взглядом мужиков. И снова что-то в их реакции меня напрягает. Да, я могу ошибаться. И всё равно, узнав о том, что близкие вам люди теперь неизвестно где, вы в любом случае занервничаете. Они же выглядят как примороженные. Все, кроме Червя.

Так… судя по карте, нам остался примерно километр.

— Останови, – киваю Ольге на небольшой съезд. И вездеход послушно тормозит прямо мордой в куст.

— Подождите тут, – говорю мужикам.

От Крайта приходит уже не образ – эмоция. Химеринг чем-то страшно удивлён. За его возбуждением не сразу понимаю чем.

«Спокойнее, – приказываю. – Расскажи понятнее».

И получаю ответ: поджидая меня, он решил поохотиться. И… в радиусе как минимум километра не нашёл ничего живого. Лес с промзоной в центре будто вымер. И дело не в зимней спячке животных. Просто тут никого нет. Зато он почувствовал сильное излучение тёмного эфира и нашёл… это.

Химеринг посылает мне образ уходящей под землю лестницы в одном из ангаров и топорщит трубой хвост.

«Стоять! – останавливаю кошака, уже намылившегося сигануть в проход. – Жди меня».

«Запах, – транслирует он. – Вкусный. Кровь».

Вкусный, значит… Очень надеюсь, что это никак не связано с пленёнными людьми.