Книга Просто умереть, страница 120 – Питер Джеймс

Теперь машина ощущалась гораздо более устойчивой, и Марк продолжал уверенно продвигаться на скорости около десяти миль в час по лужам, которые словно бы изготовляли на конвейере и исправно подсовывали ему одну за другой. Он свернул на развилке направо, по направлению к полянке. Впереди на дорогу выпрыгнул крольчонок, развернулся и скакнул назад, но вдруг снова сменил направление, понесся прямо на фары и исчез под капотом. Уоррен не понял, сбил он зверушку или нет, да и ему, честно говоря, было плевать, его только и заботило сейчас, чтобы «БМВ» неустанно катился вперед по грязи.

Наконец впереди справа показалась небольшая прогалина, поросшая кустиками мха и травой. Лист рифленого железа, прикрытый сверху вырванными с корнем растениями, лежал нетронутым на том же месте.

Марк выехал на участок относительно твердой почвы, не желая рисковать: как бы тяжелый «БМВ», не дай бог, не увяз в грязи во время стоянки. Заглушив двигатель, но включив дальний свет, он натянул новые резиновые сапоги, взял фонарик и выбрался из машины на чавкающую под ногами землю.

Какое-то мгновение вокруг стояла абсолютная тишина. Затем из зарослей донеслось тихое шуршание. Марк резко обернулся и в ужасе направил луч фонарика в лес. Затаив дыхание, прислушался. Раздался треск, потом какое-то дребезжание, словно бы трясли монетку в жестяной банке, и среди деревьев неуклюже проковылял крупный фазан.

Сам не свой от страха, Уоррен поводил лучом из стороны в сторону. Потом открыл багажник, надел резиновые перчатки, достал недавно купленные инструменты и понес их к могиле.

Там он постоял неподвижно, уставившись на лист железа и напряженно прислушиваясь. Пощелкивал остывающий двигатель, с веток то и дело падали капли, в остальном же было тихо. Очень-очень тихо. На рифленом листе обосновалась улитка, ее раковина выступала, подобно морскому желудю на обломках кораблекрушения. Вот и хорошо. Железо выглядело так, будто провалялось здесь непотревоженным несколько лет.

Положив инструменты и фонарик на мокрую траву, Уоррен взял лист за край и оттащил его в сторону. Темной расселиной проступила могила. Подобрав фонарик, Марк выпрямился, однако так и остался стоять, словно бы пригвожденный к месту, собираясь с духом, чтобы сделать шаг вперед.

«Как будто там может таиться Майкл, готовый выпрыгнуть и схватить меня».

Маленькими шажками Уоррен осторожно подступил к краю ямы и, судорожно вскинув руку с фонарем, направил луч на продолговатое прямоугольное углубление.

И наконец-то выдохнул.

Внутри совершенно ничего не изменилось. Куча земли так и оставалась нетронутой. Виновато уставившись на могилу, Марк прошептал:

— Прости, дружище. Я… – Да вот только сказать ему в свое оправдание было абсолютно нечего.

Он вернулся к машине и выключил фары. Незачем афишировать свое присутствие здесь – мало ли, вдруг кто-нибудь шастает по лесу на ночь глядя. Марку и самому в это слабо верилось, но кто его знает, лучше подстраховаться.

Почти целый час он усиленно трудился, прежде чем лопата стукнула по деревянной крышке гроба. Земли оказалось гораздо больше, нежели ему представлялось. Да, позапрошлой ночью он и сам изрядно ее подбросил, и тем не менее… Уоррен продолжал скрести лопатой по крышке, пока не расчистил ее полностью, вместе с четырьмя латунными винтами по углам. Крошечное отверстие для дыхательной трубки, теперь забившееся землей, как будто чуточку расширилось – или же его обманывало зрение?