Книга Просто умереть, страница 62 – Питер Джеймс

Майкл принялся отчаянно соображать, как же ему достучаться до этого типа.

— Дэйви, ты хотел бы стать героем? Хотел бы, чтобы тебя показали по телевизору?

Подобное предложение определенно привело собеседника в восторг:

— Меня – по телику? Я буду типа как кинозвезда?

— Ну да, почему бы и нет? Просто дай мне поговорить с твоим папой, и я расскажу ему, как сделать тебя кинозвездой. Можешь позвать его, чтобы он поговорил со мной по рации? Прямо сейчас?

— Ну, не знаю…

— Дэйви, пожалуйста, позови отца.

— Здесь у нас проблемка. Папаня не в курсах, что я надыбал эту рацию, а если узнает, то жутко разозлится, сечешь?

Харрисон немедленно перешел к вкрадчивым уговорам:

— А мне кажется, он, наоборот, будет гордиться тобой, если узнает, что ты герой.

— Ты так думаешь?

— Я просто уверен в этом!

— Мне нужно идти, чувак. До скорого! Конец связи!

И рация в очередной раз умолкла.

— Дэйви, пожалуйста, – отчаянно взмолился Майкл, – не бросай меня! Очень тебя прошу, позови отца. Пожалуйста, Дэйви!

Однако на этот раз парень действительно отключился.

Эшли с подавленным видом сидела в старом глубоком кресле в крохотной гостиной летнего домика, принадлежавшего матери Майкла, и безучастно смотрела перед собой сквозь пелену слез. Словно бы очнувшись, она без всякого аппетита взглянула на блюдо с нетронутым набором печенья на журнальном столике, потом на цветную фотографию двенадцатилетнего Майкла на велосипеде, выставленную на полке над электрическим камином, имитирующим настоящий. Затем взгляд молодой женщины устремился через тюль за поливаемую дождем улицу, на спортивные площадки под Брайтонским ипподромом.

— В два должна прийти портниха, – произнесла она. – Посоветуйте, как мне поступить? – Эшли глотнула кофе и промокнула глаза бумажным платочком.

Бобо, миниатюрная белая собачонка породы ши-тцу, с бантиком на голове, посмотрела на девушку и заскулила, требуя печенюшку. Та в ответ потрепала песика по мягкому брюшку.

Джил Харрисон сидела на краешке дивана напротив гостьи. Она была одета в бесформенную белую футболку, слаксы и дешевые белые кроссовки. Из зажатой в пальцах сигареты вилась струйка дыма. Помимо тонкого обручального кольца на руке у нее красовался перстень с бриллиантом – слишком большим, чтобы быть настоящим. На запястье у женщины болтался браслет.

Ее хриплый голос с характерным суссекским выговором выдавал душевное напряжение:

— Он хороший мальчик. В жизни никого не подводил – именно это я сказала полицейскому, который заходил ко мне. Нет, наш Майкл не такой, как они думают! – Джил покачала головой и глубоко затянулась сигаретой. – Да, он любит пошутить… – Она вымученно рассмеялась. – Мальчишкой на Рождество изводил всех этой чертовой подушкой-пердушкой. Порой пугал людей до смерти. Но сбежать накануне свадьбы он никак не мог, Эшли.

— Я знаю.

— С ним наверняка что-то случилось. Может, приятели учудили. Или же произошел несчастный случай. Майкл не бросил тебя, даже не думай, милая. В воскресенье вечером он заезжал ко мне на чай. Все повторял, как сильно тебя любит, как счастлив, да благословит его Господь. Это ты сделала его таким счастливым. Рассказывал про дом, который ты нашла за городом и хочешь купить, про свои планы насчет нового жилища. – Джил снова затянулась и закашлялась. – Он сообразительный мальчик. С того самого момента, когда его отец… – Она поджала губы, и Эшли поняла, что тема мужа для ее собеседницы действительно больная. – С того самого момента, как его отец… Майкл рассказывал тебе?