Книга Умереть красиво, страница 103 – Питер Джеймс

Для свидания с Клио Брэнсон подобрал ему индивидуальный образ: коричневая замшевая куртка без подкладки от Джаспера Конрана, самая дорогая черная футболка из всех, когда-либо купленных Грейсом, бежевые брюки «Дольче и Габбана», ремень по цене авиалайнера, коричневые мокасины и даже новенькие канареечно-желтые носки – Брэнсон утверждал, что это последний писк моды.

Кроме того, Грейс обзавелся новым гардеробом на все случаи жизни. Покупки потянули на две с половиной тысячи фунтов – неожиданно для человека, никогда не тратившего на шмотки больше сотни.

Впрочем, плевать. За последние пару лет он практически не заглядывал в магазины одежды. Лучше покончить с этим одним махом. А если что-то не понравится, всегда можно вернуть или обменять.

— Для копа? – Грейс озадаченно хмыкнул. – Это такой комплимент?

— Понимай как знаешь… – тепло улыбнулась Клио.

Грейс как можно небрежнее пожал плечами:

— Нацепил на себя первое, что подвернулось. Вот…

Она с любопытством уставилась на его правое плечо:

— А ценник не снял специально?

Под ее насмешливым взглядом Грейс левой рукой нащупал кусочек картона, болтавшийся на воротнике куртки. Проклятье, недосмотрел!

— Ну конечно специально, – закивал он. – Это такая модель. Новейшее слово в мире моды… мм… чтобы все видели – куртка с иголочки.

Клио засмеялась, и Грейс вдруг понял, что смеется вместе с ней. Его нервозность растворилась без следа, на языке вертелось множество тем для разговора. Оторвав бирку, он смял ее в кулаке, бросил в пепельницу и открыл было рот, чтобы завести беседу, однако Клио его опередила.

— Рой, скажи, тема жены для тебя табу? – спросила она, поигрывая бокалом. – Или я чересчур любопытна и сую нос не в свое дело?

Поколебавшись, Грейс полез в карман за сигаретами, хотя фактически завязал. Однако случались моменты, когда закурить хотелось до трясучки. Вот как сейчас.

Официант принес им меню, две внушительные кожаные папки. Грейс не глядя положил свою на стол, Клио последовала его примеру.

— Нет, не чересчур. – Он беспомощно развел руками, гадая, с чего начать. – Я всегда говорю об этом открыто – может, даже слишком. По мне, чем больше народу знает, тем лучше: вдруг в один прекрасный день человек услышит мою историю и что-нибудь вспомнит.

— Как ее звали?

— Сэнди. – Грейс протянул пачку Клио, а когда та покачала головой, вытащил сигарету.

— Слухи не врут? Она действительно исчезла без следа?

— На мое тридцатилетие.

Он помолчал. Вся боль вернулась.

Клио терпеливо ждала, но потом не выдержала:

— На твое тридцатилетие…

— Я ушел на работу. Вечером мы собирались с друзьями в ресторан, чтобы отпраздновать. Утром Сэнди была в прекрасном настроении, мы обсуждали, куда поедем летом в отпуск, – она хотела на итальянские озера. А вечером я приехал – и не застал ее дома.

— Она взяла какие-нибудь вещи?

— Пропали только ее машина и сумочка. – Грейс прикурил от зажигалки «Зиппо», подаренной Сэнди, и сделал солидный глоток скотча.

Говорить на свидании о Сэнди казалось неправильным, однако ему хотелось быть максимально откровенным с Клио – рассказать ей все, вплоть до мельчайших подробностей. Причем не только о Сэнди, но и о себе. Удивительным образом Клио располагала к искренности. Располагала, как никто другой.

— Машина и сумочка? – нахмурилась она. – Их потом нашли?