Книга Умереть красиво, страница 34 – Питер Джеймс

Том повернулся к монитору и снова щелкнул по ссылке.

Через пару секунд появилось то же сообщение:

В доступе отказано.

Несанкционированная попытка входа.

* * *

Вечером, после большой, больше обычного, порции мартини, ужина и почти целой – вместо принятых пары бокалов – бутылки отменного австралийского шардоне «Маргарет-Ривер», Том поднялся к себе в кабинет, открыл ноутбук и принялся разбирать электронную почту. Новые имейлы сыпались как из мешка.

Один за другим пришли два солидных повторных заказа, что не могло не радовать. Было письмо от маркетингового директора одного из крупнейших их заказчиков, который благодарил лично Тома за неоценимую помощь в организации пятидесятилетнего юбилея фирмы.

Приободрившись, Том занялся остальной корреспонденцией: что-то отправлял, что-то удалял, на что-то отвечал. Внезапно в ящике появилось новое сообщение.

Уважаемый мистер Брайс,

вчера вечером вы несанкционированно посетили некий веб-сайт, а сегодня пытались зайти на него снова.

Мы не любим непрошеных гостей. Если вы сообщите в полицию о том, что видели, или снова попытаетесь зайти на сайт, то, что сейчас произойдет с вашим компьютером, случится с вашей супругой Келли, сыном Максом и дочерью Джессикой. Смотрите внимательно, а потом хорошенько подумайте.

Ваши друзья из «Скарабей продакшн»

Том не успел переварить смысл послания, как оно исчезло с экрана. Следом, словно растворяясь в кислоте, начали исчезать другие письма.

За минуту, если не меньше – пока Том беспомощно таращился в монитор, даже не сообразив выключить компьютер, – все данные в ноутбуке были стерты.

Том постучал по клавишам – никакой реакции, только пустой черный экран.

Денниса Пондса, старшего офицера пресс-службы суссекской полиции, коллеги между собой прозвали Пондозвон. Слишком много историй просачивалось в прессу, и ведомство Пондса всегда шло первым в списке подозреваемых.

В прошлом журналист, Пондс больше смахивал на брокера из Сити, чем на газетчика. Чуть старше сорока, с зачесанными назад темными волосами, гротескно косматыми бровями и пристрастием к дорогим костюмам, Пондс выполнял непростую миссию – поддерживал стремительно расшатывающиеся отношения между полицией и общественностью.

Попивая минералку, Грейс с сочувствием рассматривал устроившегося напротив Пондса. Большинство полицейских ему не доверяли, а пресса подозревала в пристрастности. На такой должности никому не угодишь. Помнится, один из коллег Пондса оказался в психушке, а второй пристрастился к бутылке.

Выложив перед Грейсом всю подборку утренней прессы, старший офицер нервно похрустывал пальцами.

— По крайней мере, нам удалось не попасть на первую полосу, – извиняющимся тоном проговорил Пондс; его огромные брови поползли вверх, словно две вороны, готовые к взлету.

Им и впрямь повезло: основная масса изданий перемывала косточки Чарльзу и Камилле. Вот они, современные нравы: какие-то газеты уделили расчлененному трупу без головы жалкие пару строк, а какие-то не упомянули вовсе. Зато «Дейли мейл», раскрытая на столе, посвятила новости про «Два трупа в результате полицейской погони» целых полполосы, и практически каждая национальная газета последовала их примеру.

— Ты сделал все, что мог, – заверил Грейс, в отличие от большинства понимавший всю важность связей с общественностью.