Книга Эспрессо для миллиардера, страница 9 – Виктория Радецкая

Утром, отправив Соню в школу, иду в торговый центр, как на поле битвы. Нет, это не битва гигантов. Это битва с титаном. Понимаю, что силы не равны. Буду побита. Буду лежать и зализывать раны. Но предать свою мечту, когда она почти осуществилась, не имею права. Соня на моей стороне. Толку от семилетки мало, но приятно. — Мама, а дядя-то оказался антагонистом, — заявила она, блеснув словом, которое им недавно объяснила учительница. — Не сдавайся! А я больше с ним не пойду есть пиццу. Тем более, что в нашей с тобой дешевой пиццерии она вкуснее, чем в его крутом ресторане! С утра в торговом центре тишина. Я не стала следовать своей рутине и сначала делать домашние дела. Сразу приехала сюда. Все уже знакомое, родное. Прикипела! Некоторые продавцы здороваются, пока я иду мимо их магазинов к себе. Отпираю стеклянные двери. Нет, не отдам! Делаю себе кофе. Затем выезжаю на склад за кофемашиной. Через три часа возвращаюсь с тяжеленной коробкой, которую волоку с парковки. Опять видок у меня тот еще, зато удалось отхватить ценный груз. Отпираю кофейню, а под ноги мне тонкой струйкой течет вода. Что за черт?! Ставлю коробку на ближайший диванчик, который стоит справа от меня. Оглядываюсь. Течет из-под стойки. Не сильно, но лужа уже приличная. Поднимаю взгляд — капает с потолка. Причем хорошо так капает, почти льет. Над нами ресторан. Примерно над стойкой у них бар, за ним кухня — потому и у нас такое расположение. Я в ступоре: то ли бежать к ним наверх, то ли лужи вытирать. В голову приходит мысль: а не Алекс ли это подстроил, чтобы меня выселить. Вчера я не согласилась и убежала. Сегодня он хочет показать, кто здесь настоящий хозяин. За стойкой точно потребуется косметический ремонт. С полом пока неизвестно, но чем дольше я буду стоять и пялиться на то, как заливает мою кофейню, тем хуже. Засучиваю рукава худи. Иду в крохотную подсобку, беру ведро и швабру. Нет, пожалуй, тут нужна тряпка. В углу валяются оставшиеся после ремонта. Там же вижу две упаковки защитной пленки. Хорошо домой не успела утащить! В первую очередь ставлю ведро под капающую с потолка воду — пока ее напор сдерживает навесной потолок. Затем начинаю вытирать воду с пола и выжимать тряпку. Работка та еще! Но я довольно быстро привожу в относительный порядок пространство за стойкой. Стелю там пленку. Выбираюсь в зал. Так, вытру здесь и помчусь наверх. Нагибаюсь задом кверху. Собираю тряпкой воду. — О, какая сексуальная поза! — раздается знакомый голос сзади. — Прости, конечно ужас, но не удержался! Во мне закипает гнев. Вся моя усталость, накопившееся напряжение последних месяцев, неприятности — начавшиеся, кстати, с момента, когда я наткнулась на Алекса, — взрываются внутри. Я выпрямляюсь, на автомате выжимаю тряпку и с размаху бью ею по Алексу. Мне все равно, куда я попадаю — по груди, по лицу, по рукам…. Неважно. — Ах ты, сволочь! Подстроил! Сколько сил я угрохала! — слова вылетают у меня непроизвольно. Я ору так, что за дверями меня слышат посетители. Но во мне словно выключили предохранитель. Охранники Алекса тут же врываются в кофейню, как гончие, которые только и ждали, когда им дадут команду наброситься на загнанного зверя.

Один вырывает у меня тряпку, второй отталкивает так, что я едва ни падаю и, лишь схватившись за край стойки, удерживаюсь на ногах. Рука соскальзывает, и я медленно оседаю на пол. — Спокойно, спокойно, — слышу его голос, как сквозь пелену. — Сам разберусь. Он подходит ко мне и поднимает с пола, как мешок. Сажает на диван. — Слушай внимательно, малыш, — шипит он мне в лицо. — Я очень тебе сочувствую. Реально. Жизнь тебя помотала. Хотя ты не потеряла своей привлекательности, несмотря на жуткую неухоженность. Тебя она делает еще более беззащитной на вид, похожей на ребенка. Но ты и бизнес находитесь в разных плоскостях. Кто тебе вообще в голову вбил эту идею — открыть кафе? «Никто не вбивал», — хочу ответить я, но даже рта открыть не могу. Интересно, я серьезно онемела? Вдруг это последствие стресса? — Так вот. Отвечая на твой крайне вежливо поставленный вопрос. Нет, это не я велел тебя залить. Мне звонили, сообщили про аварию. Виноватых найдем. При любом раскладе тебе заплатят страховку. У нас тут на такие случаи по договору все помещения арендаторов застрахованы. Мне тебя заливать ни к чему. Никакого проку. Только собственные помещения портить. А я свое портить не привык. Голос у меня прорезается: — Извини. Из-за вчерашнего разговора я вот подумала, что… Он меня перебивает: — Ты бы о другом подумала. О чем я тебе сказал? О том, что тебе отсюда надо съехать. — Алекс пододвигает стул и «седлает» его, поставив спинкой перед собой. — Итак, называю три главные причины. Есть второстепенные, но хватит и этих. Первое, — он поднимает большой палец, — у меня есть претендент на это место. Важный претендент. Он знал, что отсюда съезжает арендатор. Выпихивать не стал. Но обалдуи-работники успели подписать с тобой договор. Я как раз улетал по делам в Турцию. Я там отель покупаю. Мы решили тебя поприжать совершенно законным повышением аренды. Все согласно договору. — Тебе не было стыдно? — За что? — он смотрит удивленно. Искренне не понимает. — Проморгали, да. Но я тут хозяин. А кто претендует на твое место? Кто этот важный человек? — Кто? — не понимая, спрашиваю я. — Я сам, — припечатывает Алекс. — Если бы кто другой. Так то ж я хочу здесь открыть алкомаркет с супердорогим, элитным алкоголем. Давно хочу. Поэтому выбора у тебя и нет, малыш. Если бы речь шла о ком другом, а речь обо мне любимом, — усмехается. — Но продолжим. Второе, — он отгибает указательный палец, — у тебя нет шансов. Об этом я уже говорил. Ты, даже если откроешься, прогоришь. Ты ничего не шаришь в бизнесе. Третье, — отгибает средний палец, — я попросил людишек своих попридержать с лицензией. То есть, признаю, на мне два греха: повышение аренды и задержка с документами. Но ты посмотри сама. Кофемашины задерживаются на таможне. Это не моя вина. Ты притащила одну, но с большой проходимостью у тебя тут очередь выстроится. Одной мало. А если сломается? Сегодня тебя залили. Тебе легкую косметику надо будет сделать. Документы, может и успеют выдать — сейчас по срокам строго отслеживают. Но остальное? Я же сказал — к восьмому не откроетесь. — Если я откажусь, ты меня закажешь? — сажусь чуть ровнее. — Киллеров наймешь? Или будешь постоянно повышать аренду?