Книга Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен, страница 62 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Миша тихо и раскатисто рассмеялся, крепко прижимая мою руку к своему боку.

— Главное, не пересоли, Снежная королева. Хотя… для этих можно и цианида щепотку добавить. Исключительно для пикантности вкуса.

Кухня санатория была закрыта. Это была моя личная крепость из нержавеющей стали, холодного кафеля и идеальной чистоты. Здесь всё подчинялось моим строгим правилам. Только мерно гудели промышленные холодильники, создавая иллюзию спокойствия. Я сидела на высоком табурете и бездумно крутила в руках металлический венчик. После сегодняшней пробежки по Петрозаводску и пряток в морозильной камере мне хотелось просто сидеть и смотреть в одну точку.

Миша стоял у окна и смотрел на тёмный карельский лес. Ночь давно опустилась на «Северные Зори». На нём снова была его простая чёрная водолазка. Никаких дурацких свитеров. Маски были сброшены. Мы ждали звонка от Сани Волкова.

Защищённый телефон майора, похожий на массивный чёрный кирпич с кнопками, неожиданно резко завибрировал на металлическом столе. От этого звука я вздрогнула. Миша быстро подошёл и нажал кнопку ответа, сразу включив громкую связь.

— Слушаю, Сань. Выкладывай, — голос Миши звучал напряжённо и по-деловому.

— Миша, вы сидите? — раздался из динамика искажённый, но очень возбуждённый голос майора. — Если стоите, то лучше сядьте. Желательно на что-то крепкое. Я поднял архивы. И копнул так глубоко, что чуть до царя Гороха не докопался. Ваша наводка из подвала сработала на все сто процентов.

Я пододвинулась ближе к столу, не выпуская венчик из рук.

— Мы готовы ко всему, Александр, — ровным тоном сказала я. — После того как наш директор час назад устроил безобразную истерику с битьём посуды и криками на официантку, нас уже трудно удивить. Флюгер сломался окончательно.

— Ошибаетесь, Марина Владимировна, — хмыкнул Волков. — Сейчас удивитесь. Да ещё как. Вы просили проверить дворянские корни нашего любимого Пал Палыча. Так вот, слушайте внимательно. До революции вся эта земля вокруг озера, включая территорию самого санатория и прилегающий лес, принадлежала знатному дворянскому роду Акининых.

Миша удивлённо нахмурился. Умный полярник быстро сопоставлял полученные данные.

— Акининых? — переспросил он. — В той старой исторической выписке, которую я нашёл в подвале, фигурировала другая фамилия.

— Всё верно, Миша, — подтвердил Волков. — Там была жуткая путаница с документами, смена фамилий и браки. Я привлёк знакомого историка, чтобы распутать этот клубок. Но суть одна. Наш вечно потеющий и суетливый директор, Павел Павлович Акинин, не однофамилец, а прямой потомок и законный наследник этого дворянского рода. Последний из могикан, так сказать. И он об этом прекрасно знает.

На кухне повисла тяжёлая тишина. Я посмотрела на Мишу. Его лицо начало каменеть. Широкие плечи напряглись. Острый ум мгновенно анализировал новую вводную.

— Подожди, Сань, — медленно произнёс Миша, чеканя каждое слово. — Если он считает эту землю своей по праву…

— То он годами готовил план по её возвращению, — закончил за него Волков. — Я проверил его старые связи и финансовые потоки. Миша, это настоящая бомба. Пал Палыч не просто подставная пешка, он родственник Гаврилова и главный режиссёр всего этого театра абсурда.

Мой мозг начал лихорадочно складывать фрагменты в единую картину. Разрозненные кусочки вставали на свои места с пугающей чёткостью.