Книга Рагу для медведя, страница 17 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Мы накрыли на стол прямо на веранде. Мороз, звёзды, горячие лепешки, куриные крылья под «шпротным» соусом и ледяная водка. Романтика русской глубинки.

Саша Волков, огромный, лысый, похожий на доброго огра, разлил по стопкам.

— Ну, за знакомство! — пробасил он. — Марина, ты волшебница. Из ничего такой пир закатить — это талант. Не то что моя…

— Волков! — грозно рыкнула Таня. — Сейчас лепешкой подавишься.

Все рассмеялись. Но смех быстро стих. Миша не притронулся к еде. Он крутил в руках стопку, глядя на тёмный лес.

— Саня, расскажи Марине то, что мне в парилке сказал, — глухо попросил он. — У нас секретов нет. Она в доле.

Волков стал серьёзным. Он отставил рюмку, вытер губы салфеткой и посмотрел на меня.

— В общем так, Марина Владимировна. Раскопал я по своим каналам кое-что про вашу «Бизнесменшу». Лена эта — пустышка, не более.

— То есть? — не поняла я.

— Денег у неё своих кот наплакал, — пояснил майор. — Она исполнитель. За ней стоят серьёзные дяди из Москвы. Очень серьёзные. И деньги там… скажем так, серьезные. Но, боссы эти любят тишину. Им нужно отмыть большой капитал через стройку элитного клуба. Быстро, тихо и без пыли.

Волков наклонился вперёд, понизив голос:

— Лену сюда прислали как цепную овчарку. Её задача зачистить территорию, вышвырнуть всех, кто мешает, и подготовить площадку. Но она, дура, решила поиграть в личную вендетту. Эмоции включила. А инвесторы эмоций не любят. Если поднимется шум и начнутся скандалы, суды, проверки, то они свернут лавочку и Лену вашу закопают где-нибудь под фундаментом.

— И что это нам даёт? — спросила я, чувствуя, как внутри зарождается надежда.

— Рычаг, — ответил Миша вместо друга. — Она уязвима и боится своих хозяев больше, чем мы её.

— Именно, — кивнул Волков. — Но есть нюанс. Миша, я тебе уже говорил там, в бане. Ты сейчас выглядишь как… ну блин, как завхоз. Прости, брат, но это правда. Ты для них грязь под ногтями. Лена не понимает язык силы, она привыкла, что силу можно купить. Она понимает только язык статуса.

Саша посмотрел на Мишу в упор.

— Если хочешь выиграть эту войну, тебе придётся снять этот свитер с оленями и надеть костюм. Дорогой. И вести себя не как обиженный бывший муж, а как акула, которая приплыла сожрать другую акулу… ну, ты понял.

Миша скривился, как от зубной боли.

— Ненавижу костюмы. В них дышать нечем. Я лучше медведем останусь.

— Медведя застрелят и шкуру на пол кинут, — жестко отрезал Волков. — А с партнером будут договариваться. Решай, Миша. Либо ты играешь по их правилам и выигрываешь, либо гордо подыхаешь в своей берлоге.

Повисла тяжёлая пауза. Я положила руку на плечо Миши. Он был напряжён как струна.

В этот момент на поясе у Волкова что-то пискнуло. Не телефон. Пейджер. Старый, служебный пейджер, который ловил даже в бункере.

Саша снял его, посмотрел на экранчик, и лицо его стало серым.

— Твою мать, — выдохнул он.

— Что там? — вскинулся Миша.

— Сообщение от моего человека в банке. Кредиторы. Те самые, чьи долги Лена якобы выкупила. Они собираются инициировать процедуру банкротства санатория. Завтра утром приедут описывать имущество. Оценка активов, все дела.

— Завтра⁈ — ахнула я.

— Это формальность, — быстро заговорил Волков. — Но после оценки у них будет законное основание выставить всё на торги. Сделка по продаже контрольного пакета намечена через семь, максимум десять дней. Лена хочет купить всё за копейки через подставную фирму.