Книга Рецепт (любовь) по ГОСТу, страница 63 – Вадим Фарг, Ольга Риви

— Павел Павлович! — крикнул Михаил, закидывая мою сумку в багажник. — Мы за деликатесами! Эдуард Вениаминович заказал уху по-царски из свежайшей рыбы. Если мы не привезем её к утру, он обещал сжечь санаторий. Вы хотите взять ответственность на себя?

Директор застыл с открытым ртом, переваривая информацию.

— По-царски? — переспросил он слабо. — А… а успеете?

— Ради вас, всё успеем! — гаркнул Михаил и распахнул передо мной пассажирскую дверь. — Прошу, мадам. Карета подана.

Я забралась в высокую кабину. Миша прыгнул за руль, врубил передачу, и «БТР» сорвался с места, взметая фонтаны снега.

Мы проехали мимо главного корпуса. На балконе третьего этажа, кутаясь в плед, стоял Эдуард Вениаминович. Он увидел нашу машину и, кажется, понял, что его «десерт» уезжает.

Лицо чиновника перекосило. Он перевесился через перила, рискуя вывалиться, и заорал так, что с ближайшей ели осыпался снег.

— Стоять! Куда⁈ Вишневская!

Михаил нажал на газ.

— Лебедев! — неслось нам вслед, перекрывая шум мотора. — Если вы не вернетесь к утру с деликатесами, я пущу вас всех по миру! Я вас в асфальт закатаю! Вы у меня землю жрать будете вместо фуа-гра!!!

Мы вылетели за ворота санатория, и лес сомкнулся за нами, отрезая путь назад. Я посмотрела в зеркало заднего вида. Фигурка Клюева на балконе становилась всё меньше, пока не исчезла совсем.

— Ну что, Снежная Королева, — Михаил посмотрел на меня, и его глаза сияли в полумраке кабины. — Добро пожаловать в реальный мир. Рецепт выживания по ГОСТу, пункт первый — не ной. Пункт второй — держись за меня.

Я фыркнула, поправляя воротник пальто, но улыбаюсь искренне.

— Веди, Сусанин, — сказала я. — Только учти, если мы будем умирать от голода, я тебя съем первым. Ты, кажется, питательный.

Машина нырнула в снежный тоннель дороги, увозя нас в темноту карельской ночи. А позади, в теплом и уютном санатории, закипал гнев маленького человека с большой властью, и я знала, эта поездка нам просто так с рук не сойдет.

Мы ехали по ночной трассе уже час. За окном проносились черные силуэты елей, похожие на армию энтов, идущую на войну. В салоне было очень холодно. Казалось, если я сейчас выдохну, воздух кристаллизуется и упадет на резиновый коврик ледяной крошкой.

Я плотнее запахнула своё пальто из итальянского кашемира. Красивое, безумно дорогое и абсолютно бесполезное в условиях карельской зимы. Мои пальцы в кожаных перчатках уже потеряли чувствительность.

— Холодно? — спросил Михаил, не отрывая взгляда от дороги.

Он сидел расслабленно, одной рукой придерживая руль, а локтем другой опираясь на дверь. В своём свитере грубой вязки ему, кажется, было вообще всё равно, что минус двадцать, что плюс тридцать.

— Что ты, — простучала я зубами, стараясь сохранить остатки достоинства. — Свежо. Бодрит и прекрасно тонизирует кожу.

Михаил хмыкнул и потянулся к приборной панели, щелкнув каким-то тумблером, который выглядел так, будто его сняли с кабины истребителя времён Второй мировой.

— Печка в этом звере работает по принципу моего характера, — пояснил он. — Разогревается долго. Зато потом жарит так, что хоть веники запаривай. Потерпи минут пятнадцать. Или могу предложить альтернативу.

— Какую? — с надеждой спросила я.

— Можем спеть. Говорят, от страха и смеха становится теплее.