Книга Писательница Эжелья, страница 40 – Доминика Патрина

— Я не успел сказать, Эжеля, — как-то совсем нежно проворчал он моё имя. — Я балдею от твоего запаха. Для меня твой аромат — самое прекрасное в жизни. Я хочу постоянно дышать тобой. Эжеля, ты заслонила для меня весь мир. Только это важно, и больше ничего, — говорил он мне в солнечное сплетение, держа меня высоко поднятой.

Тепло его дыхания расходилось по моем телу волнами, согревая и будоража огненными всполохами чувств. В то же время я смотрела на Армета, стоящего на несколько метров дальше нас. Дракон выглядел не так холодно как обычно. Он тоже слышал слова оборотня и просто смотрел, ничего не говоря. Не знаю зачем он пожаловал но мне было совсем не до него.

После такого признания я хотела остаться наедине с Роширом. Даже помня о его недомолвках, я желала быть с ним. Наверное, это хорошо отражалось на моём лице. Лицо Армета заледенело, как маска, но при этом он смотрел на меня такими больными глазами, что сердце сжалось. Но я наклонилась и обняла своего оборотня.

Может, это гордость парня так мучает его. А даже если и нет, то у Армета имеется избранная, а для Рошира единственной являюсь я. Принцу есть с кем утешиться, а я буду утешением моего волка.

И, невзирая на болезненный взгляд второго принца и на его мучительный стон, я подняла к себе лицо оборотня и поцеловала его преданно смотрящие глаза. Он спустил меня на землю и снова прижал к себе, а я стояла и слушала удаляющиеся позади Рошира шаги.

— Какие псы все шустрые. Раз — и уже присвоил себе девушку, — сказал антимаг за моей спиной. Разозлил меня, откровенно говоря. И я подняла лицо к своему волку и лукаво спросила:

— А дар антимага ты тоже можешь забрать?

Ответить Рошир не успел. Касази быстро проговорил:

— Да стоит ли так злиться! Я уже отстал, — и ушёл по направлению к школе. Вероятно, самосохранение антимагам не чуждо.

— Эжеля, зачем сбежала в окно? — нежно, но обвинительно начал мой избранник. — Я понял, что ты меня избегаешь, и применил свой дар к твоей двери. Я могу впитывать любую магию, даже магию крови и даже с предметов.

М-да. Опасный парень. Слишком. От таких мыслей я покрылась взбудораженными мурашками, мне стало страшно и жарко. Кажется, я боюсь своего парня, и при этом страх меня странным образом очень сильно волнует.

— Придётся снова пальчик укалывать, — сказала я, размышляя над необычными ощущениями.

— Настрой вход в свою комнату и на меня тоже. Я больше не перенесу, если не смогу войти к тебе. Думал, разобью все вещи и двери. Чуть не разрушил там всё. Поэтому, конечно, лучше, чтобы ты жила со мной, и я всегда мог прижаться к тебе. Но если это слишком поспешно для тебя, то я подожду. Иначе уже сегодня готов провести обряд.

Я захлопала глазами. Но не могла согласиться.

Я поняла, что не смогу первой связать себя с мужчиной. Пусть вначале Армет проведёт обряд. Тогда я посчитаю возможным соединить с кем-то свою жизнь, раз ему оказалась не нужна. Почему-то где-то на подсознательном уровне я считала, что принадлежу Армету. Я не хотела с этим соглашаться и ни за что не расскажу кому-то о своих чувствах, но ощущения были сильнее меня. Все эти объятия и поцелуи — сплошная романтика. Но не критичны. А обряд, связывающий жизни, уже серьёзен. Армет должен первым сделать этот шаг, и тогда я стану свободна.