Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 44 – Анна Кривенко

Что ему надо?..

Не говоря ни слова, Игорь Степанович присел на корточки, взял ткань с тумбочки и начал бинтовать мне руку — чуть грубовато, но уверенно и даже… профессионально.

Не смотрел на меня. Лицо — каменное, губы сжаты в жёсткую линию.

Когда закончил с одной рукой, коротко бросил:

— Давай вторую.

Голос прозвучал грубо, недовольно. Мне захотелось вспылить в ответ, послать его куда подальше, но… я сдержалась. Лучше не раздражать его лишний раз.

Молча протянула вторую руку. Он обработал её и наложил повязку, всё так же быстро и точно.

Я смотрела на его точёные черты, и не могла понять, почему он это делает.

Когда Игорь Степанович поднялся на ноги, я не выдержала:

— Почему вы это делаете?

Он посмотрел на меня ледяным взглядом. Молчал. А я продолжила:

— Вы же поклялись отомстить мне, превратить мою жизнь в ад… А сейчас заботитесь обо мне. Как это понимать?

Молодой человек замер. Губы его дрогнули, но остались сжаты.

— Быстрее заживут — меньше будет сплетен о нашей семейке, — бросил он раздражённо.

И тут меня прорвало:

— Сплетен не будет, если вы прекратите бегать к любовнице!

Лицо Игоря Степановича помрачнело.

— Что ты городишь? Какая ещё любовница?

Я презрительно фыркнула, поднимаясь на ноги и глядя ему прямо в глаза.

— Только не притворяйтесь невинной овцой. Вы много раз не ночевали в этой комнате. Потворствуете рыжей — что бы она ни сделала. Очевидно же, что она ваша любовница. В том, что вам легко их заводить, я уже убедилась. Достаточно вспомнить служанку из дому. Не хотите сплетен? Тогда давайте сотрудничать, создавая хотя бы видимость благополучной семьи!

Игорь Степанович несколько мгновений сверлил меня гневным взглядом, а потом отвернулся к окну и замер.

— Арина не моя любовница.

Мои брови скептически взлетели вверх.

— Разве? Даже если это так, в обратном теперь уверены абсолютно все. Арина толкнула вашу супругу. Та, то есть я, поранилась. А вы просто пожурили её на глазах у всех, и на этом всё!

— А что я, по-твоему, должен был её прилюдно ударить?! — рявкнул Игорь Степанович, резко разворачиваясь. Его глаза недобро пылали.

Я аж вспомнила, каким агрессивным он был в самом начале. И мне стало страшно. Нельзя дразнить злую собаку, — подумала я, а он вдруг вздрогнул и нахмурился.

О Боже, неужели я произнесла это вслух?

— Что ты сказала?

— Ничего, — я вздёрнула подбородок повыше. — Поздравляю вас, вы действительно сделали мою жизнь невыносимой! Она полна презрения, страданий, нападок и сплетен. Так что... — голос сорвался, — не утруждайтесь создавать видимость того, что вам есть до меня дело!

Обида сжигала изнутри. Если бы я в тот момент попыталась покопаться в себе, выясняя причину этой обиды, наверное, была бы удивлена. Потому что меня вдруг стало задевать его отношение. Значит, другим он прощает всё, что угодно, а меня готов уничтожить ни за что??? Горько. Больно. Представляю, как тяжело было Виктории, которая любила этого человека…

— Ложись спать, — резко бросил Игорь Степанович, снова отворачиваясь. — Уже поздно.

Он развернулся и направился к двери.

— А вы снова, значит, в чужую постель собрались?

Кажется, меня понесло, и остановиться не выходило.

Игорь Степанович затормозил и бросил через плечо:

— Повторяю последний раз: я ни с кем здесь не сплю. Мне это не выгодно. А вам предлагаю не надумывать. Если хотите хоть немного сохранить своё лицо…