Книга Двуликий бог. Книга 2, страница 110 – Мэл Кайли

Локи так посмотрел на меня, что казалось, ещё мгновение, и он сам меня убьёт. Он лишился самообладания, едва мог дышать, в глазах разгоралось то демоническое пламя, которое не следовало будить. Вопреки моим опасениям, он прижал меня к стене всем телом, сдавил плечо до боли, а, когда я раскрыла губы, чтобы закричать, впился в них ненасытным звериным поцелуем. В его руке сверкнул кинжал, пальцы скользнули мне под рубашку и ловко перерезали оковы, высвобождая грудь из плена бинтов, ладони с жадной страстью сжали её. Я застонала, оторвавшись от его жарких губ.

— Это будет быстро, необдуманно и жёстко, но тебе понравится, — предупредил он и подхватил меня под бёдра. Угадав его намерения, я обняла торс мужа ногами, обвила его шею и всем телом прижалась к нему, теряя остатки разума. Он расправился с поясом, приспустил свои штаны и овладел мной, как и обещал, болезненно и эгоистично. Как и обещал, мне понравилось. Очень понравилось. И с каждым новым нетерпеливым движением нравилось всё больше. Где-то бегали и кричали йотуны, кто-то падал и умирал, что-то горело и дымилось, в один миг кусок свода обрушился, придавив нескольких гостей, а мы, отринув всё сущее, сливались в безумном диком акте любви, и Локи рычал над моим ухом: «Моя… Только моя!» За его слова, безрассудную страсть, дарующие блаженство движения, прикосновения и поцелуи, я готова была жизнь отдать. Всё становилось неважным, кроме его власти надо мной. Той привязанности, которая смогла сломить нерушимые прежде чары.

Мы успели покончить с безрассудством и даже сколько-нибудь оправить оставшиеся одежды, когда оглушительный грохот раздался снова, по сводам над нашими головами пошла глубокая чёрная трещина, и сверху посыпалась каменная крошка. Со стороны послышался полный ярости крик Тора и частые тупые удары.

— Нам пора, — опомнился Локи и, схватив меня за запястье, бросился прочь, обратно в пиршественную залу, увлекая меня за собой. Многие турсы лежали мёртвыми, но многие также оставались на ногах, всей своей подлой шайкой нападая на могучего громовержца, где-то растерявшего и покрывало, и венок из цветов, и даже связку ключей на чреслах, но зато вновь обрётшего Мьёлльнир. И всё же йотунов было слишком много. Их плотное кольцо сужалось вокруг рыжебородого аса. — Кончай их, хватит забавляться, — крикнул бог огня, и Тор, странно осклабившись, запустил молот над головой. Своды не выдержали его удара, надломились, рухнула одна из стен, поддерживавшая их. Бог грома бросился к ней, раскидав по пути оставшихся турсов, поймал каменную опору.

— Поторопись, лукавый Локи! — закричал в ответ защитник Асгарда, с трудом поддерживая тяжёлый кусок стены, чтобы мы сумели проскочить в пролом. Двуликому богу не понадобилось повторять дважды. Мы бросились сквозь прорванное кольцо великанов, огибая обломки сводов, и выскользнули в щель между двумя горными плитами. Я обернулась. Немного погодя, и Тор вырвался вслед за нами, весь седой от каменной пыли. Жилище Трюма обрушилось, погребя под собой всех его гостей, кто на тот момент ещё остался в живых. Холодный зимний ветер растрепал мои светлые волосы, шапку я потеряла ещё до своего спасения. Сын Одина сощурился, присмотрелся, точно не верил своим глазам. — Сигюн?..