Онлайн книга «Двуликий бог. Книга 2»
|
Повелитель искоса взглянул на меня, но высвобождаться не стал, только сжал пальцы свободной руки, и золотой цветок, больше походивший на бесконечно тонкую работу искусного кузнеца, нежели на живое растение, вспыхнул огнём. Очнувшись от чар чужой воли, я могла смотреть на него без содрогания и слабости. Цветок не горел, а таял, плавился и капал, точно свечной воск. Неужели и правда он был рождён не землёй, а чистым золотом? Локи терпеливо собирал свою силу воедино, пока и крупицы проклятого цветка не осталось на земле, а только круг выжженной травы. Казалось, это требовало от него особого усилия и сосредоточения. Мне это показалось странным, ведь всегда пламенный ас управлялся со своей стихией играючи. — Значит, ты один был при госпоже, — вкрадчиво начал Локи, повернувшись к Эйнару. Стражник слегка кивнул и склонился. Лицо его побелело, точно он уже видел свою смерть. В голосе повелителя, впрочем, звучала такая сталь, что несложно было предугадать исход несчастного юноши. Бог огня сделал шаг к собеседнику, я вынуждена была отпустить его и остаться за плечом. Обманчиво спокойный тон его заставлял меня мелко дрожать — за многие дни, проведённые подле вспыльчивого аса, я научилась различать малейшую перемену в его голосе, самый неуловимый блеск глаз, незаметное движение лица. Это было так важно, потому что невнимательность и неосмотрительность в золотом чертоге могли стоить жизни. Даже госпоже, не то что рабу. — Ни служанок, ни ближайшей свиты, нет даже второго стражника. Как же так получилось? — Локи, это моя вина… — делая шаг к ощетинившемуся супругу, осторожно начала я, протянув руку и нерешительно касаясь кончиками пальцев его плеча. Эйнар пострадает — я понимала это по едва слышной злой дрожи его голоса. И преданный стражник тоже осознавал это, судя по его печальному выражению лица, однако намерен был покорно принять свою судьбу. Однако в том, что Гулльвейг настигла меня, не было его вины. — Молчать! — слегка повысив голос, пламенный ас резко выбросил руку в сторону, будто преграждая мне путь. Вздрогнув, я осеклась, замерла на месте. От меня не укрылось, что и юноша вздрогнул, втянул голову в плечи, будто тотчас мог её лишиться. Даже птицы, казалось, смолкли, листва перестала шелестеть. — Отвечай, я жду. — Ранним утром, когда чертог ещё был погружен в глубокий сон, я случайно встретил госпожу на лестнице, повелитель. Я взял на себя смелость проводить госпожу, куда она пожелает. Служанок не было при ней, а стражники у дверей были из числа новоприбывших, я им не доверяю… — не поднимая головы, вполголоса рассказывал Эйнар. Я медленно переводила взгляд с него на мужа и обратно. Нужно признать, что юноша держался выше всяких похвал: он ничем, кроме небольшой бледности лица, не выдавал своего трепета, голос его почти не дрожал, он был спокоен, собран, почтителен. Увы, глядя на сжавшиеся в кулаки ладони повелителя, прислушиваясь к его частому раздражённому дыханию, я понимала, что это не спасёт его. Я молила провидение только об одном: чтобы Локи не вспомнил лицо стражника, которого однажды уже заставал практически наедине со мной. Но на это было мало надежды. Бог огня был умён, проницателен, внимателен и, казалось, никогда ничего не забывал, наделённый поразительно точной памятью. Лукавый ас молчал, и мы молчали тоже, оба не решаясь поднять глаз. Воздух между повелителем и слугой последний раз дрогнул и замер в напряжении. Ожидая худшего, я закрыла глаза… |