Книга Двуликий бог, страница 123 – Мэл Кайли

Совсем скоро лишь верный страж Биврёста остался на своём посту, да двое верховных асов задержались чуть поодаль, что-то вполголоса обсуждая. Я дожидалась Локи, внимательно всматриваясь то в статный облик и любимый огонь волос стоявшего ко мне спиной мужа, то в задумчивое лицо Всеотца и его выразительное око, делавшее сурового властелина поразительно живым и молодым. Позади меня, чуть склонив головы, преданно следили за своим повелителем молодые воины. Со временем заскучав и не сумев побороть любопытства, я сделала несколько тихих осторожных шагов к беседующим асам, ненавязчиво и незаметно приближаясь к мужчинам. Наконец, мне удалось расслышать обрывок их разговора:

— В этот раз всё закончилось благополучно для тебя, мой каверзный друг, — устало произнёс Один, и в голосе его снова был слышен мягкий укор, — однако я не поощряю твои опасные манипуляции и решения. Ты излишне самонадеян, Локи…

— Благополучно для вас, — довольно холодно отвечал ему бог обмана, не терпевший наставлений даже от владыки Асгарда. Я обратила внимание, что, хотя спина рыжеволосого аса была гордо распрямлена, а плечи расправлены, он поддерживал одной рукой другую под локоть, отчего поза его выглядела закрытой и неестественной. — Ты позволил Тору вторгнуться в мой чертог с молотом наперевес, не созвав совет верховных богов, не дав мне слова, не устроив суда. Тебе ли, старейший ас, говорить мне об опасных манипуляциях? — Локи презрительно скривил губы, отчего его красивое лицо вмиг стало злым и жестоким. Голос вспыльчивого гордеца звучал ядовито и в то же время вызывающе. Я с волнением подняла взгляд на Всеотца, однако его лицо оставалось спокойным, а взгляд — сосредоточенным. Казалось, дерзкие слова резкого аса ничуть не трогали его. — При том, что я и вовсе в этом не был замешан! Ты слышал слова Идунн…

— Не распаляйся слишком сильно, Локи, — добродушно улыбнувшись, прервал его Всеотец, — ты врёшь упоённо, красноречиво и убедительно, но не думаешь же ты, что всевидящий прародитель богов поверит тебе так же просто, как юная впечатлительная девица, что видит во всех только благо? Я знаю правду. Ты совершил зло, и ты совершил добро. Твой проступок рождён не прихотью, но неукротимой гордостью и упрямством, и причиной твоей благодетели является не столько твоя совесть, сколько принуждение, — глаза Локи яростно сверкнули, губы оскорблённо дрогнули, но бог огня ничего не сказал. Казалось, он обдумывает речь собеседника и придирчиво взвешивает каждое своё и чужое слово. Один молчал и внимательно следил за переменами лица своего побратима. Огненный ас глубоко вздохнул и отвернулся, устремив взгляд вдаль, за стены Асгарда. — Противоречивее существа, чем ты, мне не довелось встретить во всех мирах, что я посетил. Я дал волю ярости Тора, потому что знал: ты не собираешься возвращаться в Йотунхейм. По крайней мере, так скоро, как того требовало заточение Идунн.

— Что ты можешь знать обо мне? — наконец, вполголоса огрызнулся Локи. Свободная ладонь его сжалась в кулак. Горящие глаза вновь пожирали беспристрастное лицо Всеотца, будто стремились прожечь его насквозь. — Не слишком ли ты слеп для всеведущего аса, если допускаешь подобное, доводишь до крайности? Помни: сила старшего сына не поможет ни тебе, ни ему в час Рагнарёка, но твоя мудрость, прислушивайся ты к ней почаще, могла бы и вовсе предотвратить его, — кончики моих пальцев похолодели при упоминании о страшном часе конца миров, и было в голосе супруга нечто столь зловещее и потаённое, что мне окончательно стало не по себе. Что и откуда он мог знать о дне гибели богов?..