Книга Двуликий бог, страница 147 – Мэл Кайли

Медленно подняв глаза, я обнаружила, что незнакомцем, столь бесцеремонно вторгнувшимся в мои покои, был грузный и уродливый великан. Я сразу узнала в нём турса: грубые, крупные черты лица, точно оно небрежно вырезано из камня, зло перекошенный рот, безумные яростные глаза, горящие в полумраке, как два угля, исполинский рост, длинные неповоротливые конечности… Йотун смотрел на меня, как голодный зверь на кусок окровавленного мяса, и часто дышал. Его блудливый взгляд скользил по моим волосам, плечам, груди, соблазнительно яркому ночному платью. Мне стало так противно, что захотелось распахнуть окна и выгнать из покоев весь воздух, ставший спёртым, потным, липким. К горлу медленно подкатывала тошнота.

— Стража! — опомнившись, во весь голос закричала я, пока у меня ещё была такая возможность, и рванулась прочь, но великан стиснул тонкое запястье до боли, не оставляя ни единой надежды высвободиться. — Стража! Сюда! На помощь! — сильный турс с нескрываемым удовольствием наблюдал за моими жалкими потугами, но подмога не приходила. Что могло произойти, чтобы преданные воины золотых чертогов оставили свой пост, не выполнили приказ?.. Я прислушалась. В отдалении слышались крики и звон мечей, шум ударов, звук падающих тел. Казалось, за дверями моих покоев разворачивалась самая настоящая битва, и волей злого рока я стала её частью.

— Красивая, — ухмыльнулся исполин, притягивая меня к себе и склоняясь, чтобы лучше рассмотреть свою добычу. От него разило потом и зверьём — горло снова сдавил комок тошноты, и я отвернулась, насколько позволяло моё незавидное положение. Крупная грубая ладонь прошлась по моим волосам, коснулась лица, отчего меня передёрнуло, и вернула взгляд на себя. Едва дыша от страха, я старалась смотреть в сторону, чтобы не провоцировать нежеланного гостя. Однако этого и не требовалось: я сама по себе была для дикаря провокацией. — Будешь мне хорошим развлечением!

Стараясь как можно незаметнее опустить свободную ладонь вдоль тела, я сумела добраться до небольшого клинка, что прежде носила на поясе больше как украшение и знак независимости, сжала похолодевшими и непослушными пальцами рукоять. Сердце в груди металось, как сумасшедшее, и билось с такой силой, что оглушало меня изнутри. Руки дрожали, и я не решалась нанести удар. Я этого не умела и не желала, но передо мной вставал слишком страшный выбор. Невольно зажмурившись, я выхватила кинжал из ножен, замахнулась… Громогласный надменный смех противника слился воедино с жалобным лязгом выбитого из рук лезвия, что проскользнуло по полу к стене. Кровь ударила в голову и разлилась в ушах. Губы дрожали, и я чувствовала, что вот-вот заплачу. Последняя надежда растаяла в воздухе, и меня охватил всепоглощающий ужас.

Грубый турс легко, будто играя, бросил меня на кровать. В первый миг его слова, достигшие сознания с опозданием, оглушили меня, точно тупой удар по голове. Но вспомнив, что помощи ждать неоткуда, я отползла назад по постели в надежде добраться до противоположного её края. Я не знала, кем был незнакомец и что он мог забыть в пламенных чертогах, понимала только, что мне очень сильно не повезло оказаться на его пути. Едва ли я могла быть целью его появления, но теперь… Все мысли чудовищного чужака были прикованы к моему телу. Одним коротким прыжком йотун сократил расстояние между нами, вскочил на кровать, прижал мои запястья к меховому покрывалу и впился в шею резкими болезненными поцелуями, больше похожими на укусы. Я закричала. Это было так отвратительно, что всё моё тело содрогнулось. Оседлав меня, великан приподнялся, чтобы не раздавить свою жертву, и зажал меня между коленями. Я извивалась и вырывалась из последних сил. Увы, это ровным счётом ничего не меняло.