Книга Двуликий бог, страница 62 – Мэл Кайли

— Неправда… — поражённо прошептала я, качая головой, отринув даже свою роковую роль. Губы мои дрогнули, скривились, но я сдержалась, только сильнее отвернулась, чтобы не выдать ни мгновения нарастающей слабости, своих истинных чувств. И всё же на краю ресниц уже блестели злые слезы. Несправедливость ранила.

— Неправда, — согласился бог обмана, и я так удивилась этим словам, что забыла на мгновение свою досаду и обиду и обернулась, чтобы взглянуть в его глаза и удостовериться, что муж не шутит. — Утром ко мне пришла лекарь. Несмотря на то, что я был не в себе, Хельга сумела доказать мою неправоту. Но было уже слишком поздно. Сигюн, я сожалею о том, что…

— Значит, тебе не хватило моей крови, — горько усмехнувшись, ядовито заметила я, бесцеремонно прерывая супруга, слушать которого не находилось никаких сил. Случай был ко мне так ироничен и жесток, что я и не знала даже, что сказать в ответ, только старалась скрыть своё замешательство да сдержать горячие слёзы, рвущиеся наружу из центра груди. Страшные образы той ночи вновь стояли перед глазами. — Все полы, все меха, все простыни твоих покоев пропитаны ей… Этого достаточно?..

— Сигюн… — склонив голову, побеждённо произнёс рыжеволосый бог, а затем вдруг скинул обувь и спустился ко мне в воду прямо в одеждах. От неожиданности я отпрянула в сторону. — Ты права, я одержим тобой. От одной только мысли о твоём предательстве я теряю самообладание. Прости меня, — поймав под водой мои ладони, Локи приподнял их и виновато коснулся лбом тыльной стороны моих пальцев, словно ища утешения. Я была так удивлена, что замерла на месте, только непонимающе хлопая ресницами. Сердце стучало в груди с такой силой, что отдавалось в висках. Воистину не было никого в Асгарде столь непонятного и переменчивого, как бог обмана.

Вот он — искренний, красноречивый, обаятельный ас, которого я полюбила, но кто мог знать, когда и по какой причине вновь пробудится неудержимый и беспощадный великан, огненный демон страшнее Сурта — жестокий и беспринципный. Сможет ли моя хрупкая вера сохранить в нём то человеческое, чем я столь дорожила, или малейшая ошибка, даже злосчастное недоразумение будут стоить мне жизни? Готова ли я распрощаться с ней?.. Пока я колебалась, Локи, словно угадав мои мысли, продолжил:

— Я не могу обещать тебе, что подобное никогда не повторится, потому что это была бы ложь. Может статься по-разному, но, пока ты останешься преданной мне, я всегда буду рядом…

— Не желаю ничего слышать! — наконец, придя в себя, воскликнула я и отдёрнула руки. Лукавый бог просчитался, открыв мне правду, к которой тогда я ещё не была готова. Я почти простила его, но неосторожные слова о том, что произошедшее может повториться вновь, заставили меня задохнуться от негодования. Он не то, что не раскаивался, напротив, предлагал мне добровольно вынести себе смертный приговор! Кровь ударила в голову и разлилась шумом в ушах. Боль сковала душу и разум стальным кольцом, лишая способности ясно мыслить и власти над собой. — Ты меня сжёг дотла и за что?! Если ты так одержим мной, то пусть эта твоя одержимость тебя уничтожит! Может, тогда узнаешь мою боль… — голос дрогнул, и я, ощущая, как самообладание окончательно изменило мне, выскочила из воды, подхватила платье и бросилась прочь из зала.