Книга Договор с Повелителем Мёртвых, страница 100 – Каталина Канн

— Когда мы поедем осматривать остальную часть королевства, мы заглянем в теплицы. Я использую свой свет жизни, чтобы ускорить рост растений. Не могу обещать, что буду искусен, так как я редко пользовался этой магией. Но я сделаю всё, что в моих силах. А весной я пролью свет жизни на поля.

На её лице расцвела радость и надежда, от которой у меня защемило сердце.

— Ты настоящий спаситель. И думаю, я знаю, как могу тебя отблагодарить.

— Но сначала, жена, я должен попросить тебя кое о чём взамен.

— Всё, что в моих силах.

— Сожги книгу, которой ты воспользовалась, чтобы призвать меня.

Неделю назад я бы отказала ему в этой просьбе не задумываясь. Но теперь понимала и не хотела, чтобы кто-то другой мог повторить этот ритуал или чтобы Митара снова использовала его в своих целях.

— Если я уничтожу её, это не нарушит наш контракт? И не разрушит чары Митары?

— Нет, — признал Араут. — Я просто не хочу, чтобы кто-то ещё смог воспользоваться ею.

— Я понимаю, — соскользнула с кровати и подошла к комоду. Рывком открыла ящик, вытащила тяжёлый, потрёпанный том, который изменил мою жизнь и направилась к камину.

Секунду я колебалась, проводя пальцами по осыпающимся краям обложки, касаясь вытесненных на ней рун. Сколько силы, сколько надежды, сколько смертей было в этом фолианте.

— Твоя подруга не говорила тебе, где она его нашла? — спросил Араут, оказавшийся у меня за спиной.

— Знаешь, я не думаю, что она сказала мне точно, где именно, — я нахмурилась, пытаясь вспомнить.

— Я подозреваю, что тот, кто дал ей книгу или помог найти, была Митара в обличье кого-то другого.

— Ты думаешь, она хотела, чтобы я призвала тебя?

— Я думаю, её план состоял из многих этапов. Она сложное существо — древнее и умное. Но ум — это ещё не мудрость, — он постукивал длинными пальцами по каминной полке.

— Что ты делаешь?

Он громко стукнул и часть каминной полке открылась, и внутри лежал сверток. Араут извлёк оттуда кинжал — прекрасное оружие с золотой рукоятью, искусно инкрустированной полудрагоценными камнями и перламутром. Ножны были такими же изысканными, покрытыми замысловатой резьбой.

— Кинжал, заколдованный божественной кровью Митары. Твоя мачеха каким-то образом получила ее кровь.

— Как ты узнал, что кинжал здесь? — я перевела взгляд с оружия на Араута.

— Я почувствовал его присутствие еще раньше, просто не думал, что это именно он, — в его глазах, когда он смотрел на кинжал, читалась смесь уважения и осторожности. — Этим оружием можно убить любого бога. Но для божества, чьей кровью оно зачаровано, оно особенно могущественно и его невозможно обнаружить. Даже если бы Митара стояла в этой комнате, пока кинжал был спрятан, она бы его не заметила.

— Моя мачеха знала, что Митара вернётся, — прошептала я, крепче сжимая книгу ритуалов. — Она была готова защищать себя.

— Какой и должна быть королева, — голос Араута стал глубже, в нём зазвучало предостережение. — Я хочу, чтобы ты знала, где этот кинжал. На случай, если он тебе понадобится.

— Ты доверил бы мне то, что может убить тебя?

— Я не доверил бы это никому другому.

Моё сердце забилось быстрее от уверенности, которая звучала в его тоне, от того, что он считал меня достойной такого оружия. Я глубоко вздохнула, повернулась к камину и, не раздумывая больше, швырнула ритуальный фолиант в пламя.