Книга Договор с Повелителем Мёртвых, страница 18 – Каталина Канн

— Всё, что вам нужно... — выдавила она наконец. — Всё, что в моих силах...

Мать Роуз обняла её. Крепко, по-настоящему, как обнимают только самых близких.

— Мы знаем, Рейвен. Я хотела сказать, Ваше Величество.

— Для вас это всегда Рейвен, — прошептала королева в плечо женщины, и я увидел, как её плечи мелко задрожали.

Я смотрел и чувствовал... что-то. Что именно — не мог определить. Зависть? Тоску? Я не знал, когда в последний раз кто-то обнимал меня вот так. Наверное, никогда.

Наконец, Рейвен... отличное имя для той, кого отметила смерть, заставила себя отстраниться. Мы сразу же направились на улицу, где мороз сразу же впился в мою голую кожу.

Карета ждала.

Я слышал, как Рейвен сказала кому-то из стражников, что мы возвращаемся и ещё, что нужно распорядиться приготовить комнату для «пленённого бога».

Пленённый бог! Забавно звучало, особенно если я сам остался. Тем не менее я не стал спорить, а просто забрался в карету.

Рейвен забралась следом и села напротив меня, прижимая к себе книгу ритуалов. Я заметил, как её пальцы погладили потрёпанный переплёт. Вероятно, перед сном она поискать информацию о том, как управляться с «эгоцентричным богом».

Я усмехнулся про себя. Удачи, маленькая королева!

Дорога заняла больше времени, чем я ожидал. Карета мерно покачивалась, колёса постукивали по булыжнику, и в какой-то момент я осознал, что Рейвен... заснула.

Её голова свесилась вперёд под совершенно невозможным углом. Шея, казалось, вот-вот переломится. И она храпела! Тихо, но отчётливо. Как во имя всего сущего, такая, казалось бы, благовоспитанная королева могла издавать эти жалкие, присвистывающие звуки?

Храп становился громче, пробирая до костей своей раздражающей настойчивостью. Я попытался не обращать внимания, но это было выше моих сил.

— Да чтоб тебя, — пробормотал я сквозь зубы и перегнулся через разделявшее нас пространство и осторожно прижал пальцы к её лбу, пытаясь откинуть голову на спинку сиденья. Но стоило мне убрать руку, как её голова послушно вернулась в прежнее положение. Упрямая даже во сне!

Придётся применять более решительные меры. Я пересел на скамью рядом с ней и обхватил её плечи и попытался прижать верхнюю часть тела к стенке кареты. Но она, словно нарочно, тут же соскользнула вперёд, и её щека прижалась к заиндевевшему стеклу. Храп усилился.

— Невероятно, — процедил я. — Как она может спать в моём присутствии! Ни капли почтения или страха!

Я переложил книгу ритуалов на скамью, и, развернувшись на сиденье, взял её за плечи, чтобы сменить положение. Моё предплечье при этом скользнуло по её груди. Тяжёлый плащ скрывал очертания, но выпуклости под ним были очевидны.

И в этот момент что-то произошло.

Моё сердце, которое за тысячелетия привыкло биться ровно и размеренно, вдруг дёрнулось и зачастило. Я замер, мысленно пытаясь проанализировать странное ощущение. Почему моё тело вдруг отреагировало так? Её запах заполнил мои лёгкие, проник в сознание. Кровь, ладан, едва уловимый запах пота на воспалённой коже.

Я снова попытался устроить её поудобнее, прижимая голову к углу кареты. Она нахмурилась во сне и издала тихий, страдальческий стон. И тогда, жар разлился по моему телу мгновенно, как лава. Он сконцентрировался внизу живота, и я с ужасом почувствовал, как кровь приливает к паху.