Книга Белая ворона на факультете Теней [книга 1], страница 56 – Оксана Гринберга

Все равно же не расскажу.

Но Шейнар не спросил.

— Я с ним улажу, – заявил мне. – Что это у тебя? – и кивнул на мою сумку.

Потому что артефакт никак не мог заткнуться. Похоже, породил очередную строчку, потому что вокруг меня снова появилось свечение.

— Мой дневник, – вздохнула я. – Это спаренный артефакт.

— Вот, значит, как, – отозвался Шейнар, и его взгляд посуровел. То есть он уставился на меня самым суровым одним глазом, на что я, не выдержав, сдавленно усмехнулась. – И с кем же он спарен?

— Как это с кем? – картинно удивилась я. – С моей парой, с кем же еще, – потому что неожиданно поняла, что мне нравится доводить этого Темного.

Раньше бы я от чистого сердца посоветовала любому Светлому держаться от носителей Темной магии подальше, а сейчас…

Сейчас я стою, немного наглею, хлопаю глазами и говорю глупости. А еще наблюдаю за тем, как после моих слов меняется в лице один из сильнейших магов академии.

Если не самый сильный.

Темный, на минуточку. Но при этом питающий ко мне странную слабость – иначе произошедшее в бойцовском клубе, его интерес и попытки обо мне заботиться не объяснить.

Вряд ли у Шейнара имелось врожденное стремление стать нянькой для Светлых. Значит, все дело во мне, Лирьен Астер.

Но почему? Неужели я ему… нравлюсь? И болезненная гримаса на его лице – это ревность?

Я посмотрела на него еще раз, затем пригляделась внимательнее, после чего решила, что мне явно почудилось. Чем я могу заинтересовать этого Темного?

Скорее всего, у него ко мне интерес исследователя-энтомолога, который наблюдает за тем, как долго выживет бабочка в неблагоприятной для нее среде, и старается сделать эту среду чуть более благоприятной.

— Так что за пара? – продолжил допытываться Темный, но ответить я не успела, потому что Вендис все-таки не выдержала.

Подошла к нам, а затем недовольным голосом напомнила о своем существовании. Заявила, что Шейнар – ее куратор, – странно, что он об этом забыл! И сейчас им нужно обсудить все на свете.

В этом дуэте я явно была лишней, поэтому, пожелав им совет да лю… в смысле, удачи, я развернулась и ушла, хотя еще долго чувствовала устремленный в мою спину взгляд единственного глаза Шейнара.

Шагала, стараясь не хромать – по крайней мере, до поворота за угол, – но потом все же снизила скорость и кое-как дотащилась до входа в главный корпус.

Поднявшись на крыльцо, вошла в прохладный холл, но в столовую так и не отправилась. Вместо этого свернула в один из пустующих коридоров, уселась на подоконник и достала из сумки дневник.

Мне хотелось посмотреть на то, что он так усердно строчил.

Ну что же, оказалось, словесная истерика случилась уже не у меня, а у того, кто оставлял сообщения по другую сторону дневника. Хотя и скупая, словно он отрывал каждую строчку от собственного сердца.

Вернее, она.

Да, внезапно выяснилось, что мой собеседник – девушка, хотя ее возраста и других подробностей о ней я пока еще не знала. Но и это был уже хлеб…

Хотя и странный.

«Я вижу, что ты меня не послушала, и Шейнар, как куратор, получил в пару Вендис!» – именно это было написано в дневнике, из-за чего я снова нервно оглянулась.

Коридор, конечно же, пустовал. Я сидела на подоконнике одна-одинешенька, да и эти строчки, уверена, появились еще на плацу. Значит, моя собеседница…