Книга Белая ворона на факультете Теней [книга 1], страница 73 – Оксана Гринберга

— Зачем ты это ей рассказываешь? – тотчас же накинулся на нее Ранар. – Она вообще непонятно кто такая и как здесь оказалась! – Посмотрел на меня: – Ты хоть понимаешь, где сидишь и с кем разговариваешь? Раз уж ты попала сюда через кровать декана, то тебе и делать с нами нечего!

— Как скажешь, – заявила ему, но такая неприкрытая агрессия меня порядком разозлила. – Вендис, пожалуй, я пойду. Встретимся позже.

Не только с ней, но и с Ранаром, потому что тот, к сожалению, был моим однокурсником.

— Иди, иди! – кивнул он. – Рад, что ты поняла, что тебе здесь не место. – Затем повернулся к остальным: – И все это благодаря мне.

— А ты хоть понимаешь, что означает название вашего ордена? Да, Ордена Нокса, – не выдержав, сказала ему на прощание. – Для общего развития можешь почитать хроники архимага Ивериса на досуге. И не благодари!

Затем отправилась к друзьям, все еще дожидавшимся меня за столом, но по пути заметила появившегося в столовой Шейнара и изменила свой курс.

Направилась прямиком к нему, стоявшему возле стойки раздачи, а внутри меня бушевала буря.

Потому что сперва меня доводил противный Ранар, остальные из Ордена молча за этим наблюдали, но всю эту кашу заварила девица из дневника!

Поэтому Светлая гроза могла вот-вот обрушиться на голову пятикурсника, если Шейнар сейчас же не придумает внятное объяснение, где он пропадал все утро.

Я за него волновалась!

А то, что он собирался позавтракать…

Ну что же, пусть ест, решила я. Ему понадобится много сил для грядущего разговора.

Сложив руки на груди, я смотрела на то, как Шейнар набирает на поднос намного больше, чем до этого взяла я. Видела, как улыбалась ему повариха, и пусть я не услышала ее слов, но уверена, что она назвала лорда Корвина «хорошим мальчиком».

Точно так же, как недавно из ее уст я стала «хорошей девочкой».

И пусть аппетит у меня всегда был отменным, особо хорошей я не была. Потому что дождалась, когда Шейнар усядется за свободный столик, составит тарелки с подноса и займется кашей. Тогда-то я подошла, даже не чувствуя боль в ноге, и плюхнулась на стул напротив него.

Заодно уставилась на его лицо вблизи, потому что издалека казалось, что все синяки и заплывший глаз остались где-то в прошлом.

Ну что же, вблизи все было не настолько радужно. Вернее, как раз было – пострадавший глаз уже открылся, зато сходившие кровоподтеки как раз оказались всех цветов радуги.

— А, это ты, мотылек! – заявил мне Шейнар, но прогонять меня не стал.

Наоборот, мне показалось, что он обрадовался, что я сама к нему подошла, а теперь сижу напротив и смотрю, как он ест, заодно ловлю себя на мысли, что мне нравится… Да, мне нравится его аппетит, и то, как уверенно двигаются его челюсти, и как он постепенно расслабляется – то ли от большого количества еды, то ли от того, что я сижу и не спускаю с него глаз.

Но ведь я еще не приступила к расспросам и даже не учинила запланированный скандал!

— Вообще-то, пока ты бродил непонятно где, в этой академии я могла погибнуть двести двадцать три раза. Я считала, – намекнула ему.

Шейнар усмехнулся.

— Я уже успел понять, что этот мотылек довольно стойкий, – отозвался он. – Тут скорее погибнет вся академия, которой ты оказалась не по зубам.

Но он все же напрягся, а затем велел, чтобы я немедленно ему рассказала, что произошло. Кто пытался обидеть меня двести двадцать три раза? Что это за люди?! Выходит, весь факультет Теней вместе взятый? Или почти вся академия вместе взятая?