Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 3 – Алекса Вулф

Иван кивнул, хотя взгляд его ясных глаз задержался на моём лице на мгновение дольше положенного. Неужели что-то заподозрил?

— Ты пей, пей. Не отравят здесь тебя. У нас лихих людей нет, все свои. Только полезным и вкусным потчуем!

Чтобы не ляпнуть ещё чего лишнего, поднесла кружку к губам и осторожно отпила глоток. Вку-у-усно! Зажмурившись, невольно перенеслась в детство, когда на летние каникулы родители отправляли меня на хутор к бабушке. Грубо сколоченный деревянный стол, который служил исключительно для обедов-ужинов под открытым небом, укрытый светлой толстой клеёнкой. Свежий наваристый борщ со сметанкой в глубокой расписной по краю тарелке, ещё тёплый ароматный домашний хлеб с хрустящей корочкой, отрезанный толсто и неровно, но с душой и щедро, по-деревенски. И тёмный прозрачный компот из сухофруктов в гранёном стакане. Оно! То самое…

Именно этот вкус бабушкиного компота мне и напомнил холодный узвар, словно по волшебству отправивший прямиком в беззаботное детство.

— То-то же, — довольно кивнул Иван, без труда угадав, что мне понравилось. — Говорил же, для своих всё. С душой и сердцем.

Смахнув невидимые пылинки с бревна, на котором я сидела, он плюхнулся рядом. А мне вдруг стало спокойно и хорошо. Будто этот молодой мужчина одним своим присутствием гарантировал мне защиту от любых бед. Абсолютно нелогичное чувство, но я не хотела портить момент и ударяться в анализ произошедшего со мной. Не сейчас. Моя психика остро нуждалась в хотя бы недолгом покое. Иначе можно окончательно сойти с ума. Всё же не каждый день попадаешь в параллельный мир. В то, что это просто фантастические грёзы, пока моё тело лежит в коме, я верила с каждым мгновением всё меньше. Слишком реальным был и лес, и люди вокруг, и Иван, в ясных глазах которого плясали отблески огромного костра.

Поймав мой взгляд, Иван широко улыбнулся, а на его щеках появились задорные ямочки. Красавец, и ясно осознавал это сам.

Он открыл рот, собираясь что-то сказать мне, как вдруг звонкий девичий голос позвал его, перекрикивая гомон веселящейся толпы:

— Ванька, ходь сюды!

— Отлипни уже от зазнобы своей, — раздался чей-то мужской баритон. — Не боись, не тронут твою Алёнку.

Зазнобой меня ещё не называли. Невольно смутилась, прекрасно понимая, что меня только что при всех чуть ли не парой Ивану назначили. А мы знакомы-то меньше часа!

— Никуда не уходи, я быстро, — резво подскочив на ноги, бросил мне Иван и, перепрыгнув через поленья, бодрой походкой направился к девушке, чей голос так призывно его звал.

Я проследила за направлением, куда отправился мой защитник, и нахмурилась. Яркое пламя костра хорошо освещало в сгустившихся сумерках лицо девушки. Красивая. Очень красивая. Я на фоне этой роковой красотки смотрелась бледной молью.

Тёмные волосы, собранные в две тяжёлые косы, идеальные дуги чёрных бровей, огромные глазищи и пухлые алые губы, так маняще улыбающиеся Ивану. Я не сомневалась, что мой спутник уже через минуту забудет обо мне.

Отчего-то стало обидно, хоть мы и вправду были совершенно чужие друг другу люди. Тряхнув волосами, попыталась прогнать неуместные мысли из головы. Всё, расслабилась, пора и честь знать. А точнее, думать, как выбираться из этой гостеприимной, но отдающей скрытыми угрозами сказки.