Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 68 – Алекса Вулф

— Опять лес? — скептически заломив бровь, обернулась на Ивана. — Не Гиблый, надеюсь?

— Гиблый остался позади, — фыркнул Мяун. — А это…

— Запретный… — закончил за Мяуна Иван.

— И почему мне не хочется проходить через этот лес? — не скрывая сарказма, спросила я. — Может, обойдём?

— А ты погляди-ка, где тут обойти можно? — съехидничал Белояр.

Я кинула взгляд вправо — тёмные верхушки деревьев сливались в сплошную стрелу, которая упиралась в синеющие пиками горы. Посмотрела влево — такая же беспросветная линия терялась в сияющем крае горизонта. И когда этот лес успел так разрастись? Ведь был совсем крохотной точкой, когда мы ехали среди диких лугов и полей!

— Ванюш, помоги спуститься, — попросила я, желая поскорее размять затёкшие ноги. — Всё равно по лесу лучше на своих двоих идти. Да и Белояру будет проще.

Иван спорить со мной не стал. С готовностью протянул ко мне руки, и я соскользнула в гостеприимные объятия. Да так и замерла, наслаждаясь близостью богатыря. От обнажённой кожи Ивана, выглядывающей через распахнутую рубаху, шёл такой жар, что казалось, коснись рукой — обожжёшься.

Я не смогла противиться этому губительному желанию. Подняла руку и коснулась пальцами богатыря там, где громко и гулко билось храброе сердце. Иван будто дышать перестал, грудь его так и застыла на вдохе. А после, когда я провела пальцами выше, к ключицам и ямке на шее, громко выдохнул мне в макушку и перехватил мою руку.

— Алёнушка, погибель моя, не играй со мной.

Я спохватилась и отдёрнула пальцы. Вот же ж… задумалась о своём, о девичьем, замечталась да забыла о том, что не стоит едва знакомому парню узоры на голой коже кружевами плести.

— Я… не играю, — всё же буркнула, делая шаг назад. И оступилась, попав в яму. Иван с готовностью поймал меня за плечи, удержав от падения.

— Ежели намиловались, может, продолжим путь? — подал голос вредный кот. Вот иной раз хотелось швырнуть в него гипотетическую подушку. И в последнее время всё чаще.

Иван молча перехватил поводья Белояра и пошёл вперёд, протаптывая путь. Я была рада передышке и его молчанию. Объяснять сейчас свой внезапный порыв не хотела, да и что я могла сказать?

Так и шли в тишине, погружённые в свои мысли. Белояр после визита к Яге стал задумчив, и я хотела позже уточнить у Ивана, что же приключилось с его некогда болтливым конём. Казалось, оживить Белояра мог только Мяун, подначивая и провоцируя на язвительные реплики.

Сейчас же Мяун степенно шёл подле Ивана, тоже почему-то выбрав выжидательную позицию.

Я смотрела себе под ноги и поздно заметила, как густая стена тёмных стволов вдруг резко поредела. Запнувшись, едва не влетела в остановившегося богатыря. Подняв руку вверх, он показывал, что нам надо остановиться, вот только я слишком поздно заметила этот жест.

С интересом выглянув из-за плеча Ивана, я обомлела.

Вот к чему я совершенно не была готова, так это ко встрече с живым трёхголовым драконом!

— Кто такие, куда путь держите и зачем потревожили мой лес? — прогромыхало человеческой речью из пасти одной из голов чудища. С верхушек деревьев сорвались и унеслись прочь потревоженные птицы.

— Не изволь гневаться, Змей Горыныч, нам только пройти сквозь лес твой, ничего боле не надобно.

— Ишь какой смелый, — засмеялась левая голова Змея.