Онлайн книга «Обратный отсчет Хаоса»
|
В зале на мгновение стало тихо. — Вэллфорд, — голос Торвальда прозвучал резко. — Что случилось? Я медленно поднялась. Колено саднило, ладонь горела. Я посмотрела на Тамиру. Она уже стояла с невинным лицом, но кончики её пальцев ещё слегка подрагивали — магия только что рассеялась. — Подвернула ногу, магистр, — сказала я ровно, отряхивая штаны. — Ничего серьёзного. Не сейчас. Прямой конфликт с Тамирой посреди занятия ничего не даст — она из Высшей Магии, у неё связи, у неё покровители. Обвинение без доказательств обернётся против меня. Но я запомнила. Торвальд посмотрел на меня, потом на Тамиру — слишком долго, слишком внимательно — и кивнул. — Продолжаем. Тамира ухмыльнулась, уверенная, что её выходка сошла ей с рук. Рейна подала мне руку и помогла подняться окончательно. Я поблагодарила её кивком и вернулась в стойку. Где-то у стены Кейран не шевельнулся. Но его взгляд переместился на Тамиру, и в золотых глазах на мгновение мелькнуло что-то холодное. --- После занятия, когда остальные потянулись к выходу, я задержалась, чтобы отдышаться у стены. Колено ныло, ладонь саднила, но внутри пела странная, новая радость. Я справилась. Я не упала. Я показала этому залу, что чего-то стою. — Вэллфорд. Голос Кейрана раздался совсем близко. Я подняла голову. Он стоял в двух шагах, всё с тем же мрачным, изучающим выражением лица. — Что на этот раз? — спросила я устало. — Снова скажешь, что я пустышка? Он помолчал. Потом покачал головой. — Нет. Я скажу, что ты только что заинтересовала Торвальда. А он не интересуется слабаками. — И что это значит? — Это значит, — он чуть сузил глаза, — что я был прав. Ты что-то скрываешь. И я узнаю, что именно. Он развернулся и ушёл. Но у самого выхода притормозил и бросил, не оборачиваясь: — И следи за Тамирой. Она не прощает тех, кто не ломается. Я осталась одна в пустеющем зале. Его слова звенели в ушах. --- К вечеру я добралась до общежития. Мышцы гудели, синяк на колене наливался фиолетовым, но я чувствовала себя странно хорошо. Усталость была честной. Заслуженной. Не такой, как раньше — когда я уставала от страха. Я уже собиралась лечь, когда заметила на подоконнике конверт. Его не было здесь утром. Кто-то просунул его в окно или... Я вспомнила гаргулью. Может, и просунул. Спросить было не у кого. Я развернула письмо. Почерк был родным, немного неряшливым, с каплей воска на уголке. Почерк матери. «Дорогая наша Эрида! Надеюсь, у тебя всё хорошо. Мы с папой очень по тебе скучаем. У нас тут всё почти как обычно — папа приобрёл на ярмарке чудесный набор для чистки серебра, говорит, что в нём скрыт древний секрет, и мы скоро разбогатеем. Я купила новую шляпку с лентами — ты бы её видела, она прелестна, — но пришлось занять немного у мясника. Ничего страшного, он добрый. Эрида, солнышко, я знаю, что мы не можем присылать тебе столько, сколько хотелось бы. Твой папа опять вложил остатки сбережений в одно «верное дело» — какие-то светящиеся камни, которые должны были принести удачу, но пока не принесли. Ты же знаешь, он у нас такой — вечно ищет чудо. Мы держимся. Ты главное не волнуйся и учись хорошо. Если будут лишние монетки — мы всегда рады, но если нет, ничего страшного. Мы справимся. Целую тебя крепко. Мама». Я перечитала письмо дважды. Потом села на кровать и долго смотрела в стену. |