Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 2, страница 343 – Эльза Скарлетт

Да, я пренебрегала своей репутацией, но оставить друга, когда он нуждался в моей помощи из-за предрассудков, не могла. Да и о чём могла сейчас идти речь, если спина Элдрина была истерзана, а он сам страдал от боли? Кнуты для наказаний имели металлическую сердцевину внутри, и удары ими получались сильными и глубокими.

Взяв плавающую в миске тряпицу, стала аккуратно вытирать кровь со спины. Элдрин зашипел, когда раствор попал в рану.

— Потерпи, - попросила я, стараясь прикасаться как можно осторожнее.

Элдрин затих, лежа лицом на подушке, молча принимая мою заботу. Его глаза были закрыты, но я видела, что ему больно, и мышцы лица вздрагивают и напрягаются при каждом прикосновении.

Зеленоватый раствор смывал кровь, пот и песок с кожи и ран. Одинокие струйки соскальзывали со спины и стекали по светло-серым бокам.

— У тебя нежные и золотые руки, Лея. Всегда это знал.

— Не только у меня. Тирела ты прогнал зря.

— Он сказал, что я тупой, упертый… то ли ишак, то ли осёл.

— Ишак или осёл? – уточнила я, лишь бы продолжить разговор, и чувствуя, что другу это нужно, раз он начал говорить со мной.

— Есть разница?

— Ну, как по мне, слово «осёл» звучит как учёная степень, а «ишак» - похоже на должность.

Элдрин затрясся в тихом, едва сдерживаемом смехе.

— Тише! – приказала я, боясь причинить боль неосторожным касанием. – Осталось не много… - и продолжила расспрашивать: - Ты поэтому разозлился на всех?

— Нет… Не только. Унизительно, когда на тебя все смотрят, упрекают и учат жизни, будто я ничего не понимаю и не осознаю. Я знал, что так будет…

Что ж, это ещё раз подтверждало мою теорию о том, что проклятийник не такой спонтанный и легкомысленный в своих поступках, как все привыкли думать. На удивление Элдрин умел ввязываться в самые странные переделки и выходить из них с выгодой для себя.

— Алигиэрин приняла торт? – спросил он меня, отрывая лицо от подушки.

— Стоит в холодильном ларе.

Элдрин снова упал на постель и тяжко вздохнул.

— Ты зря думаешь, что твоё наказание выглядело как унижение. Ты показал себя достойно. Мало кто может вытерпеть кнутование так, как ты. Никто не скажет теперь, что ты слаб и у тебя нет характера.

— Лея, - усмехнулся на это парень. – Это было всего лишь пять ударов. После четвёртого я едва сдержался. Если бы их было десять, я бы не смог молчать!

— И всё же ты молчал… Для меня это практически геройский поступок. Твоё унижение едва ли больше того, что приходится испытывать мне, просто будучи девушкой…

— Так вот чем ты была расстроена сегодня, - догадался Элдрин. – Что, король новый брак навязывает?

— Нет. Сегодня было наоборот – мне снова разрешили выбирать.

Элдрин обернулся, приподнявшись, но понял свою ошибку и, застонав, рухнул обратно.

— Почему сейчас больнее, чем когда били?

— Это и есть настоящая расплата, Элдрин… Я закончила. Осталось нанести только мазь. Леди Сорель обещала, что она снимет боль уже через несколько часов и творит буквально чудеса... Завтра сможешь ходить.

Элдрин на это промолчал.

— Может, выберешь меня? – услышала я предложение. – Я бы смог тебе уступить…

— Мне казалось, тебе нравится Алигиэрин. И ещё есть Эллирия…

— Эллирия – временное увлечение, а Алигиэрин – просто старый… враг.

От такого заявления моя рука дрогнула и застыла.