Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 2, страница 464 – Эльза Скарлетт

Это были мирные поселения аборигенов пустыни, которые занимались охотой и скотоводством. Я разглядела и те две шхуны, о которых лейтенант Сарим ранее докладывал капитану. Зайдя на очередной пик огромного бархана, я увидела два довольно больших корабля. Мы еще были далеко от них, но уже гораздо ближе, чем в обед, раз песчаные шхуны можно было рассмотреть без подзорной трубы.

Как ни странно, несмотря на сложности насыщенного дня, мне удалось даже заснуть и проспать около часа, прежде чем шум разбудил меня. Заинтересовавшись происходящим, я перебралась обратно на полубак.

На шкафуте[1] столпились курсанты и матросы не занятые на вахте. Они образовали круг, рассевшись на баке, перилах бортов и вантах[2], чтобы быть повыше и непременно лицезреть происходящее на верхней палубе. А в кругу выделялись несколько курсантов, стягивающих с себя одежду и обнажающихся до пояса. И я поняла, что сейчас начнется любимое матросское развлечение – кулачный бой, представляющий собой взаимное избиение наиболее лихих и удалых курсантов.

Так уж получалось, что в каждом боевом походе новички доказывали свою удаль и право считаться «своими» среди команды исключительно банальным мордобоем, поскольку драться на мечах и с использованием магии на корабле запрещалось. Данного развлечения я не понимала, однако сами военные весьма радостно и азартно воспринимали эту традицию, делая ставки на «своих» и криками поддерживая бойцов с обеих сторон.

Дикари и мужланы, честное слово! Но такова была мужская натура. Им даже в мирное время без боя было не обойтись.

Как ни странно, но командование гарнизона и непосредственно самих кораблей не запрещало бои и даже в чем-то поощряло их, если они происходили по правилам и не доводили матросов до состояния, когда они не способны нести свою вахту. Так было и сейчас. Третий лейтенант, будучи вахтенным, спокойно наблюдал с юта за приготовлениями к бою. Рядом с ним стоял Тенебрей, облокотившись на леер. Судить бойцов и следить за соблюдением правил вызвался главный боцман, непосредственный начальник палубной команды, орк Укрой, который сейчас объяснял правила поединка всем бойцам, вызвавшимся участвовать в этом балагане.

— О! Леечка! — окликнул меня Элдрин.

Дроу стоял на полубаке немного впереди меня, в толпе.

— Иди сюда, самое интересное пропустишь, — сообщил мне веселый дроу. Схватив меня за руку, он потянул к себе через толпу и поставил впереди. Казалось, на палубу вывалили все, кто был на корабле, и вокруг было тесно, так что Элдрин позаботился о моем комфорте.

— Тяните жребий, господа-бойцы! – обратился боцман к готовящимся к схватке матросам и подал первому кулак с зажатыми в нем палочками.

Жеребьевка была несложной. Палочки были окрашены в четыре цвета. Сражались между собой те, кто вытаскивал палочки одинакового цвета. Однако бойцов было семь, и один из них остался без спаринг-партнера.

— Ну, лорды-курсанты, - громко выкрикнул орк-боцман, обращаясь к толпе. – Кто хочет еще поучаствовать? Или среди вас больше нет храбрых, и все вы лишь личинки своих родовитых родителей, которые не умеют предохраняться от появления таких недоразумений?

Грубость орка была встречена громогласным хохотом «бывалых» матросов и легионеров, и совершенно проигнорирована мной. Я и не такое слышала. Военным без жаргона и грубости казалось было не обойтись. Ну да, мы не на балу, а для них жизнь становилась насыщеннее и ярче благодаря собственным остротам.