Книга Графиня Харель, страница 45 – Эльза Скарлетт

— Хорошо. Только после боевой подготовки.

— Так у всех курсов она в одно время, полигона на всех хватает, — посмеялась Линетта.

— Тогда встретимся, — попрощалась я и пошла из столовой вниз по лестнице в ателье.

В ателье гоблинши приветствовали меня. Я присела в книксене и поздоровалась.

— Лешка, проводи меня на кухню, я готова выполнить свою часть сделки, — попросила я.

Юная гоблинша схватила меня за руку, и мы телепортировались. Гоблинам телепортация давалась легко и почти с рождения, как и бытовая магия, а вот специализированной магией они владели слабо. Переместились мы прямо на кухню, где работало одновременно около тридцати работников разных возрастов и пола. Длинное помещение, также находящееся в подвале, имело посередине очень длинный стол, где женщины и мужчины что-то резали, месили и заготавливали. Там же, на печах стояли кастрюли, от которых шел пар. Вдоль одной из стен стояли холодильные шкафы, вдоль другой — обычные, с продуктами и посудой. Пахло вкусно. В кухне было чисто. Дотошные гоблины, несмотря на свой небольшой рост, очень качественно всегда выполняли свою работу. За это их изделия любили ремесленники, а лучшей прислуги среди других рас практически не было.

Когда мы вошли, гоблины не прекратили своей работы и лишь некоторые на нас оглянулись. Подошел кругленький серый повар в высоком колпаке. Смерил меня взглядом. Я поздоровалась.

— Вота, — сказала ему Лешка, — ента самая умелица, шо нам иглы поделала. Это господин Грнос — здешний наиглавнейший куховар.

Гоблин солидно прихмыкнул:

— Здравьица, значица! Оборудования у нас хватает, но вот-то с мытием посуды вечная проблемища.

Он повел нас в другое помещение, в котором находились большие корыта с водой. Они стояли посередине, чаны были огромными и имели мыльную и чистую воду, в которой споласкивали вымытую посуду. У стены на стеллажах стояла уже чистая посуда. Грязная, стопкой была сложена на столе: отдельно тарелки, чашки, стаканы, стояли корыта с грязными приборами. Молодые гоблины спускались по лесенке с новыми разносами. Обед только закончился, и гоблины во всю наводили порядок.

Таково же было мое удивление, когда я увидела здесь и знакомую мне с общей лекции адептку. Она стояла рядом с еще несколькими девушками и остальными гоблинами моечной, и полоскала подаваемые тарелки. Девушка как-то испугано сжалась.

— Привет, — поздоровалась я. — А ты что здесь делаешь?

— Помогаю, — пропищала она.

Я не поняла.

— Так ведь посуд мыть помогает полденный да вечерний, за енто плотют ей.

Девушка еще больше засмущалась. Мне самой стало неудобно от этого.

— Так вота, — продолжил главный повар, — ежели можно было сделать так, шоб щетки сами посуд терли-то, были бы премного благодарны.

Я с интересом наблюдала за процессом мытья. Одни гоблины брали грязные тарелки, окунали их в чан с грязной водой, и тщательно терли жесткими металлическими щетками. Потом тарелки передавались к следующему чану, где натирались мягкими тряпками и после полоскались уже в третьем чане. Далее молодёжь, стоящая с полотенцами, подхватывала посуду, обтирала ее и складывала на стеллажи. Этакий производственный конвейер. В отдельном чане мыли кастрюли и сковороды, и это была самая тяжелая часть работы. Из одного чана два крепких гоблина ведрами вычерпывали воду, и передавали ведра зомби, уносившими ее из моечной через дверь куда-то во двор.