Книга Невеста лисьего клана, страница 3 – Мира Аллен

Она медленно подняла голову.

Наверху, за последним пролётом, виднелись красные ворота тории. Старые, потемневшие от времени, с облупившейся краской. За ними горел фонарь.

Айко нахмурилась.

Фонарь не должен был гореть. Храм давно считался закрытым. Иногда сюда приходили пожилые люди из соседних домов, оставляли монеты и рисовые лепёшки, но служителя Айко не видела ни разу.

Колокольчик звякнул снова. На этот раз тише.

Айко крепче сжала ручку зонта и поднялась выше.

У ворот она остановилась.

За тории начинался маленький двор. Каменные плиты блестели от дождя. Слева темнел павильон для омовения рук, справа стояли две каменные лисицы с повязанными на шеях выцветшими красными лентами. Между ними лежали опавшие листья, прилипшие к земле.

Фонарь у главного здания действительно горел. Его свет был не жёлтым, как у обычных ламп, а тёплым, почти красным. Он дрожал в дождевых каплях, делая храм похожим на картинку из старой сказки.

Айко сделала шаг вперёд. И увидела человека.

Он сидел у ступеней главного зала, прислонившись спиной к деревянной колонне. На нём была тёмная одежда, не похожая ни на школьную форму, ни на обычное пальто. Длинный чёрный рукав намок и прилип к руке. Волосы падали на лицо. Голова была опущена.

Айко застыла.

Первой мыслью было уйти.

Второй — позвонить в полицию.

Третьей — что он может быть ранен.

Она сделала ещё один шаг.

— Эй, — осторожно позвала она. — Вы меня слышите?

Человек не ответил.

Айко оглянулась. Двор был пуст. За воротами шумел дождь, но здесь звук будто стал плотнее и дальше. Телефон в кармане завибрировал — сообщение от мамы. Айко достала его, хотела включить фонарик, но экран мигнул и погас.

— Да ладно…

Она нажала кнопку ещё раз.

Ничего.

Батарея была почти полной десять минут назад.

Айко почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Человек у колонны шевельнулся.

Она резко подняла зонт, будто могла защититься им от чего угодно.

— Не подходи.

Голос был низким, хриплым и злым.

Айко выдохнула.

Живой.

— Вы ранены?

Он медленно поднял голову.

И Айко забыла, что собиралась сказать.

Парень был молодым. Может, чуть старше неё. Очень красивым — настолько, что это показалось неправильным. В его лице не было мягкости, которую обычно ждёшь от красивых людей. Острые скулы, бледная кожа, мокрые чёрные волосы, прилипшие к вискам. Взгляд тяжёлый, настороженный.

Глаза — золотые. Не карие, не янтарные. Именно золотые, будто в них отражался свет фонаря.

Айко невольно отступила на полшага.

Он заметил.

Уголок его губ дрогнул, но это не было улыбкой.

— Вот и правильно, — сказал он. — Уходи.

— Вы сидите под дождём у закрытого храма и выглядите так, будто сейчас упадёте.

— Я сказал: уходи.

— А я спросила, ранены ли вы.

— Люди всегда слышат только то, что хотят.

— А вы всегда отвечаете так, чтобы вас хотелось оставить здесь?

Он посмотрел на неё внимательнее.

Айко сама удивилась, что сказала это вслух. Обычно она не спорила с незнакомцами в заброшенных храмах после заката. Но страх странным образом уступал место раздражению. Может, потому что он был ранен. Может, потому что грубил. А может, потому что в его голосе, за холодностью, слышалась боль.

Он попытался подняться. И тут же схватился за бок.

Айко увидела тёмное пятно на ткани.

Кровь.

— Вот видите, — сказала она и шагнула к нему. — Вы ранены.